Жизнь

Пассивные, не верят в бога, верят в депутатов. Три исследования о беларусской молодежи

588 Вадим Можейко

Фото: Lyu Chirkova

 

Молодежные организации Беларуси очень редко сотрудничают с исследовательскими центрами, предпочитая действовать наощупь. Аналогично и взрослые часто склонны сетовать на недостатки молодого поколения, не опираясь на конкретную социологию. «Журнал» проанализировал данные трех исследований, чтобы составить портрет беларусской молодежи.

Волонтеры, которым нужны лидеры

В качестве общественной активности молодежь больше, чем в целом по стране, любит волонтерить (24%) и подписывать петиции (30%). С волонтерством все ясно: в молодости свободного времени больше, а вот других ресурсов – меньше. Что же касается петиций, то здесь палка о двух концах. Молодые люди больше подкованы технически, «на ты» с гаджетами, вот и подписывает петиции активнее «стариков». Но в то же время подмена другой общественной активности петициями – это про молодежную пассивность, «диванные войска».

С возрастом волонтерский запал затухает: его хватает на 43% тинейджеров, но к тридцатнику волонтерят только 19%. Вместо 30-летние читают новостные рассылки (50%) и делятся с общественниками своими зарплатами (пожертвования вносят 26%). Больше, чем беларусы в целом, молодежь готова поддерживать экологические, научные и историко-культурные организации. Ну и собственно молодежные, конечно. Известны все эти организации в большей степени мужчинам, нежели женщинам. При этом девушки чаще помогают делом (будь то волонтерство или финансы), а вот парни налегают на подписывание петиций.

Это всё данные исследования «Осведомленность и включенность в деятельность общественных организаций и неформальных инициатив в Беларуси», о котором «Журнал» уже писал – но на этот раз анализировались только ответы молодых людей в возрасте от 15 до 31 года (таковых набралось 923, примерно репрезентативно по стране, хотя и с перекосом в сторону имеющих высшее образование).

Это и другие исследования были представлены на дискуссии «Невидимые данные про молодежь», которую организовал Беларусский национальный молодежный совет «РАДА» в партнерстве с Офисом европейской экспертизы и коммуникаций и Baltic Internet Policy Initiative.

Наличие яркого лидера организации – в целом далеко не главный для беларусов мотиватор к общественной активности (10%). Но для подростков все иначе: они приходят в те инициативы, где яркие лидеры возглавляют приятных людей (оба фактора – более 30%). С возрастом это сменяется вниманием к имиджу организации, хотя и важность «приятных людей» остается значительной. И правда, кто захочет тратить свое время на добровольную работу с мерзкими подлецами? Что же касается ярких лидеров, то это стоит учитывать при попытках привлечь тинейджеров – им нужна путеводная звезда в мире НГО.

Десакрализация общества и сакрализация депутатов

Молодежь вообще не готова брать на себя решение местных проблем. Беларусы и в целом-то готовы спихнуть это на кого угодно, от администрации района до медиа. А среди подростков персонально включаться в решение проблем местного сообщества не готов вообще никто – 0%. Помимо личной пассивности, можно отметить и по-детски наивную веру в депутатов: 44% тинейджеров уверены, что те должны решать проблемы их двора и подъезда (в целом по стране такой запрос почти вдвое ниже – 24%).

Дополняют картину потерянного поколения данные YMCA Belarus, которые были собраны как часть всемирного исследования «One million voices-2». Исследование не претендует на репрезентативность национальной выборки (всего было опрошено 48 человек от 14 до 19 лет в восьми населенных пунктах  – от Минска до Понемонцев), поскольку в нем изначально был заложен качественный подход, для дополнения прошлых количественных данных. Но выводы экспертов характерные.

Как отмечает Евгения Почепко из YMCA Belarus, у большинства участников исследования отсутствуют навыки целеполагания и планирования, зато присутствует комплекс неполноценности перед прошлым поколением, стойкое представление о порочности молодёжи, «многие констатировали кризис религии и десакрализацию общества». Тут нужно пояснить, что YMCA – организация христианская; в то время как одни могут ужасаться десакрализации общества, другие будут ценить здравую секуляризацию. Впрочем, по словам Евгении Почепко, в исследовании участвовали и атеисты, а дело тут в том, что молодежи все вокруг говорят «вы плохие» – и молодежь начинает в это верить.

Чтобы не впадать в отчаяние, разберемся с причинами таких показателей. Вспомним себя в 15 лет – да в голове подростка столько собственных забот и проблем, что куда тут о развитии местного сообщества думать! А если и задумается, то увидит ли подросток какие-то инструменты и механизмы, с помощью которых он мог бы изменить ситуацию? Не принудительные субботники же считать таковыми.

Что же касается запроса к депутатам, то при должном подходе из этого явления вполне можно извлечь прок: пусть новое поколение тыкает виртуальной палкой дядечек и тетечек, привыкших к тишине и покою в кожаных креслах – ау, вы должны решать проблемы своих округов!

Не до активизма, когда грозит насилие

Отдельная тема – проблемы девочек, девушек и молодых женщин, которые изучались в исследованиях YWCA Belarus (Ассоциация молодых христианских женщин – впрочем, также дистанцирующаяся от религиозной направленности). Анкетирование трехсот участниц было проведено в 2016 году, как и три фокус-группы на 26 человек, еще 82 женщины участвовали в онлайн-опросах или глубинных интервью в 2017 году.

Картина получается не особо радужной. Вопросы отношений с людьми (от родителей до партнера) остаются важными и в 14 лет, и в 29, но их постепенно вытесняет из приоритетов суровый жизненный путь: сперва проблемы с поступление в  университет, потом проблемы с учебой, и наконец – проблемы финансовые и прочие, связанные с работой. На этом фоне желание активно участвовать в общественной жизни присуще около трети 14-17-летних – и менее 10% в более старших группах.

Но, судя по исследованию, главной потребностью беларусок остается безопасность, которой им катастрофически не хватает. Около половины респонденток иногда или часто испытывают чувство опасности, причем с возрастом этот показатель растет, хотя и среди девочек 10% не чувствуют себя в безопасности даже дома и по месту учебы. Среди других опасных мест – не только ночные переулки, но также публичные пространства, включая работу, учебу и транспорт.

МВД против домашнего насилия. Как государственный патриархат мешает успешной борьбе

Впрочем, приоритет безопасности – это естественно для любого человека, согласно пирамиде Маслоу, а результаты исследования важно внимательно анализировать: хватает и треша, с которым в приличном обществе безусловно нужно бороться, и мягко говоря чрезвычайно широких трактовок «насилия».

Что касается безусловно недопустимых историй, то Ольга Янчук из YWCA Belarus рассказывала, как в одном из городов, где проводилось исследование, в транспорте уже давно орудует дядечка, который трется о девушек и лапает их – о нем все знают, но управу найти не могут. Бывают и случаи, звучащие как первый акт потенциального изнасилования: «поздно шла после кино и молодой человек пытался затащить меня в микроавтобус», «в общежитии он схватил меня за руку и потащил к себе в блок».

Однако были в исследовании жалобы и на куда более спорные случаи. Назойливые «объективирующие комплименты, в том числе в соцсетях» могут быть неприятны, особенно если их делает незнакомый человек без чувства стиля, но объединять ли их с вышеприведенными случаями в категорию «насилие»? В нее же подпадают истории вроде «айтишник говорит своей девушке, что её профессия скоро отпадет за ненадобностью, поскольку таких специалистов заменят роботы» или «бойфренд мамы требует от девочки выполнять домашнюю работу — мыть всю посуду».

Это все не к тому, чтобы обесценить проблему насилия над молодыми женщинами, а наоборот: если не смешивать необходимость участия в домашней работе с насилием, то обнаружится, что статистика не такая уж жуткая – но от оставшихся настоящих проблем нельзя отмахиваться как от «женской болтовни».

Когда девушки боятся ездить в транспорте и ходить по студенческим общежитиям, а молодежь в целом убеждают, что она плохая и порочная, общественной активности от нового поколения ждать не стоит.

Читайте дальше:

Мальчикам – петиции, девочкам – краудфандинг. Как беларусы участвуют в общественной жизни

Беларусь взрослеет. Гражданский рост над собой

Молодежные организации Беларуси: разобщенные, с деньгами и без политики

Комментировать