Жизнь

«Надо что-то делать». Как суррогатные дети становятся товаром

519 Янина Мельникова

Дети – цветы, дети – смысл жизни, дети – высшее предназначение. Наверняка мы все сталкивались с этими железобетонными утверждениями, аксиомами, которые не требуют никаких доказательств. Родился, вырос, достиг детородного возраста – будь добр займись размножением. Как иначе сохранить себя, свой род, человечество?

А если не хочешь? Или не можешь? Меняй свое отношение к вопросу, ломай себя, лечись, борись, делай все возможное и невозможное. Сражайся со своей природой и ляг костьми. Дети нужны. Социум ждет их от тебя. Родители ждут, друзья настаивают, коллеги задают бестактные вопросы. Роди!

Родил одного? Давай еще! Надо. Часики тик-тик, жить для себя – грех, стыд, эгоизм. Взять на воспитание чужого ребенка – опасность. Добудь своего.

Не выходит самостоятельно, пробуй ЭКО? Не получается с ЭКО, есть другие варианты. Суррогатное материнство, например. Другая женщина выносит, здоровая, та, которая может. Но она – всего лишь инкубатор. Ребенок будет твоим. И только. Или нет?

Тема суррогатного материнства легла в основу спектакля «СурМАМА», который поставил брестский театр «Крылья холопа». Первый показ необычного форум-спектакля прошел в начале лета. Второй – на форуме о человеке, медицине и технологиях «Homo (Im)Perfectus», который состоялся недавно в Минске.

Спектакль, как и весь форум, поставил перед актерами и зрителями ворох сложных вопросов о том, как современные биотехнологии меняют человека, как влияют на общественные отношения, изменяют социальные и этические нормы.

Почему и как женщина и мужчина принимают решение создать семью и почему ее называют «полноценной», только если в семье есть как минимум один ребенок. Как пары борются за этих детей. И как принимают решение прибегнуть к суррогатному материнству.

Как в этом вопросе на первый план выходят денежные отношения: «В Беларуси суррогатное материнство легально и дешевле, давай там найдем маму», «Что-то она дорого запросила, средняя цена по рынку ниже, давайте уменьшим сумму», «Будет нарушать наши правила, будем ее штрафовать, меньше заработает».

Кадр из спектакля «СурМАМА», театр «Крылья холопа»

 

Эти же денежные вопросы задает себе и другая сторона – суррогатная мать. Ее главный мотив – поправить финансовое положение семьи, помочь себе, мужу и детям обрести свой угол, съехать от свекрови, сделав то, что неплохо умеет, ­– родив ребенка. Где-то там, на периферии, конечно, звучит и вопрос помощи бездетной паре обрести «счастье родительства», но он, кажется, во всей этой истории не главный.

Причем не главный – для обеих сторон. Состоятельные родители хотят поскорей решить вопрос с детьми, стать как все, делать красивые фото для Инстаграма и быть на одной волне с друзьями. Ребенок для них – модный аксессуар, которого ждут подписчики.

КСТАТИ

За вынашивание и рождение ребенка суррогатная мать получает гарантированное материальное вознаграждение от его биологических родителей. В Беларуси эта сумма колеблется от 10 до 15 тысяч долларов. Если родится больше одного ребенка, за каждого доплачивают 2–3 тысячи. За кесарево – тоже доплачивают, но предпочтительны естественные роды.

«Надо что-то делать», – рефреном звучит женский голос в спектакле. Что-то делать. Как-то решать вопрос бездетности, как-то решать вопрос безденежья, как-то отвечать на запросы общества, как-то менять свою жизнь и брать ответственность в собственные руки…

Зачем, почему таким способом, действительно ли надо? Эти вопросы не задает никто. Ни вторые половинки героинь, ни их близкие друзья, ни врачи в клинике. Есть такая опция – родить ребенка с помощью суррогатной матери. Она требует денег, но в целом не очень хлопотная. Почему бы и нет? Медицина и технологии позволяют.

Кадр из спектакля «СурМАМА», театр «Крылья холопа»

 

Спектакль постановки режиссерки Оксаны Гайко поднимает целый пласт социальных проблем в обществе. С одной стороны – отношение общества к семье и к бездетным парам. То давление стереотипов, которые испытывают на себе женщины, чье тело с какого-то времени рассматривается с точки зрения способности или не способности родить и выносить ребенка. То давление на семьи, которые обязательно должны жить отдельно от родителей, иметь свой угол, как минимум раз в год ездить на море, хорошо устроиться в жизни.

С другой – внедрение новых технологий, которые призваны помочь людям, исправить их изъяны, добиться желаемого. Хорошо известные, но в целом все еще не очень принимаемые и одобряемые в обществе.

Потому суррогатная мать не афиширует свое решение, обсуждая с подружками, просит их не распространяться, а на последних месяцах беременности и вовсе разлучается с семьей и переезжает в другой город, подальше от людских глаз.

Добавьте сюда полное отсутствие профессиональной психологической поддержки, как биологических родителей, так и суррогатной матери и ее семьи, а также нередкую правовую безграмотность простых людей, подписывающих договор под «честное слово» юриста, – и открывается широкое поле для манипуляций и наживы.

КСТАТИ

Кто может стать суррогатной мамой в Беларуси? При выборе суррогатной матери ориентируются на следующие условия:

– Возраст от 20 до 35 лет;

– Она замужем;

– Имеет хотя бы одного своего здорового ребенка;

– Не привлекалась к уголовной ответственности за совершение тяжких и особо тяжких преступлений, не лишалась родительских прав, не признавалась недееспособной, не была подозреваемой по уголовному делу;

– Не имеет медицинских противопоказаний к суррогатному материнству, таких как туберкулез, неизлеченные злокачественные заболевания, рассеянный склероз, эпилепсия, артериальная гипертензия и т.д.

Состоятельная семья платит и «заказывает музыку», и вот уже суррогатная мать не просто соглашается на меньшее денежное вознаграждение, но по графику меряет себе температуру, отчитывается о каждом шаге, носит только то нижнее белье, которое прописано в контракте, отказывается от секса с мужем, не видит своих детей и не имеет права прикоснуться к новорожденному, которого вынашивала девять месяцев.

Она и сама постоянно себя одергивает: «Не привязываться, не привыкать». А ребенок внутри шевелится, бьет пяточками…

Спектакль «СурМАМА» сложный, многогранный еще и потому, что зритель в нем – не статист, а с какого-то момента активный участник происходящего. Особенность форум-спектакля в том, что каждый может примерить на себя роль любого героя, попробовать изменить ход событий.

Кадр из спектакля «СурМАМА», театр «Крылья холопа»

 

Будь то уговоры бездетной пары взять под опеку брошенного в детском доме малыша, либо разговор с суррогатной матерью о том, что она не должна и не может быть единственным добытчиком в семье, в то время как инфантильный муж играет в компьютерные игры или сидит с другом в гараже.

Вот только подобрать нужные слова и переломить ситуацию не так-то просто. Тем более, что формально герои не делают ничего противозаконного или подпольного.

Суррогатное материнство в Беларуси официально разрешено и регламентируется соответствующим указом. Все договоры тщательно проверяются, все медицинские процедуры расписаны, протоколы известны и не раз апробированы. Риски понятны и, кажется, все стороны их осознают.

КСТАТИ

Согласно данным Беларусской нотариальной палаты, в 2018 году в стране были заключены 36 договоров на суррогатное материнство, в 2017 году – 42. Бесплодные беларусские пары могут получить кредит на эту услугу. Но большинство договоров приходится на жителей России.

Но медицинские технологии и манипуляции – это одно, а этическая сторона вопроса – другое. И здесь речь не только про мотивацию сторон, но и про сложную сферу привязанности матери к ребенку, пусть даже и генетически не родному. И про отношение биологических родителей к суррогатным материм, в которых чаще всего видят тот самый инкубатор для вынашивания, а не личность со своими страхами, сомнениями, переживаниями.

Совершенно незащищенными в этой разрешенной схеме и как бы за кадром истории остаются дети главной героини, которые месяцами не видят маму и могут общаться с ней только по видеосвязи. Дети, которым ничего не объясняют, никак не преподносят историю с суррогатным материнством, потому что они еще слишком малы.

У спектакля открытый финал. Он обрывается в момент наивысшего напряжения. Ребенок рожден. Женщина, его вынашивавшая, умоляет хотя бы взглянуть на девочку. Биологический отец собирается праздновать рождение дочери, которую не видел и не держал на руках. Биологическая мать истерично требует держать ее дитя подальше от суррогатной матери, но сама находится за сотни километров от места рождения ребенка, и приехать не может, – COVID.

«Надо что-то делать, надо что-то делать», – рефреном повторяет женский голос. И не только с ситуацией, которую пробуют разрешить зрители в зале, уговаривая суррогатную мать отказаться от своих планов, пытаясь отвоевать у юристов клиники более выгодные условия контракта, придумывая схемы, при которых семья могла бы поправить свое сложное материальное положение другим способом.

Кадр из спектакля «СурМАМА», театр «Крылья холопа»

 

Надо что-то делать с самой схемой, в которой медицина дает возможность людям наперекор природе оплодотворять яйцеклетку и вынашивать ребенка вне организмов родителей, но так и не дает ответа на вопрос, как все это согласуется с моралью, с человеческими ценностями, с самой идеей зарождения жизни.

Как не превратить ребенка в товар? Как не сделать суррогатное материнство трендом, прихотью состоятельных и занятых людей, которые не захотят терять время и форму, набирать лишние килограммы, страдать от токсикоза? И в то же время, как помочь бесплодным родителям, которые мечтают о детях? Или как помочь женщине, которая находится в тяжелом материальном положении, воспитывает детей и, хотя и имеет мужа, не может на него положиться?

Как не навредить, не загнать человека в угол. Как отключить чувства суррогатной матери к новорожденному. Как гарантировать, что биологическая мать, не вынашивавшая младенца, будет испытывать к нему материнские чувства. Как быть уверенным, что общество сможет принять ребенка, что за его спиной не будут шептаться одноклассники, что на него не будут показывать пальцами соседи. Как совместить все эти достижения науки, технологий, медицины и традиции, социальные, религиозные, культурные установки?

Читайте дальше:

Кому жить, а кому умирать? Как COVID-19 перевернул нашу жизнь

«Какие права человека, если рядом с вами биологическая бомба?» Почему за здоровье человека отвечают не только врачи

Жизнь, смерть и всё, что между. Как биоэтика заботится о будущем человечества

Поломав человека. Что биотехнологии рассказывают нам о нас самих

Комментировать