Кому жить, а кому умирать? Как COVID-19 перевернул нашу жизнь

Кому жить, а кому умирать? Как COVID-19 перевернул нашу жизнь

1705 Жизнь

Что важнее: победить COVID или вернуть доверие граждан к медицинской системе? Нужен ли жесткий карантин для всех – или оставить выбор за людьми, которые не доверяют Минздраву? Действительно ли те, кто сегодня держат в руках власть, хотят победить коронавирус, или их цель – обращаться к нему, когда удобно, чтобы заработать на пандемии политический капитал?

«Надо что-то делать». Как суррогатные дети становятся товаром

«Надо что-то делать». Как суррогатные дети становятся товаром

690 Жизнь

Почему семью называют «полноценной», только если в ней есть ребенок? Как пары борются за этих детей – и как принимают решение прибегнуть к суррогатному материнству? И почему медицина дает возможность людям наперекор природе оплодотворять яйцеклетку и вынашивать ребенка вне организмов родителей – но так и не дает ответа на вопрос, как все это согласуется с моралью, с человеческими ценностями, с самой идеей зарождения жизни.

«Моя вагина». Гендерное насилие как норма мировосприятия

«Моя вагина». Гендерное насилие как норма мировосприятия

1630 Жизнь

У нынешнего беларусского лета – женское лицо. Это лицо «Евы» Хаима Сутина, это лица Светланы Тихановской, Марии Колесниковой и Вероники Цепкало с фотографий, который день крутящихся в интернете. Совершенно ясно, что этим летом придётся считаться с «женской повесткой», тем более что избирателей-женщин в Беларуси большинство.

Чумной барак на марше. Кому и зачем нужен был парад в Минске

Чумной барак на марше. Кому и зачем нужен был парад в Минске

3235 Жизнь

Единственным смысловым ресурсом этой беларусской державности оказалось имперское прошлое. Вычти его из властного идейного поля – и что останется? А потому главнокомандующий был прав: без парада они не могли. Потому что зачем они вообще без парада?

COVID-19. Работает ли карантин и есть ли свет в конце тоннеля

COVID-19. Работает ли карантин и есть ли свет в конце тоннеля

929 Жизнь

Медики ожидают новую волну заражения COVID-19, как только жесткие карантины будут сняты. Это ставит вопросы. Зачем вообще карантин, если вирус все равно вернется? Выдержит ли мировая экономика? И что это за чудесное мобильное приложение, которое должно всех спасти? Разбираемся

«Какие права человека, если рядом с вами биологическая бомба?» Почему за здоровье человека отвечают не только врачи

«Какие права человека, если рядом с вами биологическая бомба?» Почему за здоровье человека отвечают не только врачи

884 Жизнь

Люди требуют от системы здравоохранения защитить и сберечь их здоровье, но при этом и соблюсти их гражданские права и свободы. При этом сами граждане нередко не замечают своей зоны ответственности за происходящее.

Sweet Nuthin’. Как коронавирус учит жить в минусе

Sweet Nuthin’. Как коронавирус учит жить в минусе

1377 Жизнь

«Кроме тормозного спектакля и нефтяной трубы у системы ничего нет. И, в общем-то, никогда не было. Проще сделать вид, что все пучком. И запустить очередной танковый парад». Максим Жбанков пишет о том, как коронавирус учит жить в минусе

COVID-19. Когда мир вернется в норму и что будет с экономикой

COVID-19. Когда мир вернется в норму и что будет с экономикой

1207 Жизнь

Уже в ближайшие дни мы узнаем, работают ли меры жесткого карантина, принятые во многих стран Европы против распространения коронавируса, который вызывает заболевание COVID-19. Но остается вопросом, с какими потерями для глобальной экономики мир вернется к «нормальности».

Жизнь, смерть и всё, что между. Как биоэтика заботится о будущем человечества

Жизнь, смерть и всё, что между. Как биоэтика заботится о будущем человечества

315 Жизнь

Стоит ли разрешать эвтаназию? Настоящие ли люди «дети из пробирки»? И может ли человек стать «новым богом»? Добро пожаловать в биоэтику! Поговорим про жизнь, смерть и всё, что между.

Философия блокчейна: цифровая демократия или репрессивная децентрализация?

Философия блокчейна: цифровая демократия или репрессивная децентрализация?

957 Жизнь

Блокчейн – это способ организации данных в электронных сетях, который часто называют следующим революционным изобретением после интернета. Его главное преимущество – это децентрализация: информация распределена по всем узлам сети и полностью дублируется в каждом из них (в отличие, например, от сети Интернет).