Жизнь

Жизнь, смерть и всё, что между. Как биоэтика заботится о будущем человечества

237 Янина Мельникова

Стоит ли разрешать эвтаназию? Настоящие ли люди «дети из пробирки»? И может ли человек стать «новым богом»? Добро пожаловать в биоэтику! Поговорим про жизнь, смерть и всё, что между.

Конец 2019 года принес новость об осужденном китайском враче, который изменил ДНК эмбрионов, родившихся от ВИЧ-положительных родителей. Китайский врач и его помощники на собственные средства, равно как и на свой страх и риск, провели запрещенный как в Поднебесной, так и во всем мире, эксперимент. В результате родились как минимум три ребенка с редактированными ДНК.

Мировое врачебное сообщество в целом осудило этот эксперимент. Но означает ли это, что попыток повторить опыт китайских врачей больше не будет? Новые технологии уже сегодня открывают ученым практически безграничные возможности по изменению генома человека.

Еще вчера мы беспокоились о генно-модифицированных продуктах. Уже завтра мы можем столкнуться с модифицированными людьми. Тем более, что заказ на «улучшение человека» фактически созрел. Как «созрели» и технологии.

 

Патологии vs личные представления о добре и зле

Родители, которые ждут появления ребенка на свет, хотят видеть его здоровым. И очень беспокоятся, если что-то идет не по плану.

Генетический скрининг на 12-ой неделе беременности – практически обязательная процедура для каждой женщины в Беларуси. Его задача – определить генетические патологии плода внутриутробно. Делается это с помощью анализа крови, УЗИ и других инвазивных методов исследований.

При выявлении патологий у родителей есть возможность принять информированное и взвешенное решение о том, сохранять беременность или нет. Врожденные пороки и хромосомные болезни будущего ребенка – ситуация непростая, и далеко не каждый родитель может с ней справиться.

Впрочем, врачи предупреждают, что результаты скрининга не дают 100-процентной гарантии ни тем, кто получил положительный результат о наличии патологий, ни тем, кто получил отрицательный. Но если бы вместе с предупреждением о патологии они предлагали бы и возможный выход – пусть и не 100-процентный, непременно нашлись бы люди, которые ухватились бы за соломинку. А если бы эту самую соломку можно было бы подстелить еще на этапе зачатия, процент согласных был бы еще выше.

Но в этом вопросе была бы и иная точка зрения. Представление о добре и зле у людей разные, как могут быть разными личные обстоятельства, религиозные убеждения и т.д. Причем разными они могут быть и у родителей (или пациентов), и у врачей. А значит без неких ориентиров, в первую очередь моральных, в этом вопросе не обойтись.

В январе 2020 года в Париже несколько десятков тысяч человек вышли на манифестацию против принятия закона о биоэтике. Закон среди прочего предполагает дать право на ЭКО (экстракорпоральное оплодотворение) одиноким женщинам и лесбийским парам. Для манифестантов такое предложение показалось аморальным и неуместным.

Равно как аморальной видится части общества недавняя новость из Германии, где Конституционный суд разрешил гражданам страны использовать свое право на смерть, став на сторону тяжелобольных и их родственников, желавших прибегнуть к коммерческой эвтаназии.

 

Сложные вопросы отношения врачей и пациентов

Сегодня технический и научный прогресс не то, что шагает семимильными шагами, он несется с неведомой раньше скоростью сверхзвуковой ракеты. В руках современных ученых такое количество разнообразных инструментов, что вопросы этических стандартов и этических ограничений приобретают ключевое значение.

Потому на первый план выходит биоэтика, которая поднимает нравственные вопросы, связанные с деятельностью человека в медицине и биологии, с использованием человеком различных технологий, в том числе и генной инженерии, вспомогательных репродуктивных технологий и т.д., на этапах рождения человека, его жизни и его смерти. Отношения, в которых с одной стороны – ученые и медики, а с другой – пациенты, общество, государство.

В биоэтике – как относительно новой сфере междисциплинарных исследований – смешались воедино общечеловеческие нравственные законы, философия, право, юриспруденция, естественно научные знания.

Хотим ли мы, чтобы нас «редактировали»? Готовы ли мы на то, что наши дети будут зачинаться и рождаться исключительно в пробирках? Кто вообще должен иметь доступ к вспомогательным репродуктивным технологиям, а кому такой путь нужно закрыть? Будем ли мы согласны на эвтаназию в отношение себя или наших родственников? А на то, что в будущем после смерти наш разум поместят в виртуальное пространство?

Что в будущем будет считаться жизнью? И когда будет наступать смерть? Как будут выглядеть наши семьи? Как будут строиться наши правовые отношения с теми, кто родится в пробирке? Или с теми, кто умрет физически, но останется жить в виртуальном пространстве? Станет ли человек новым богом – тем, кто сможет создавать «по образу и подобию»?

И это только малая часть тех вопросов, которые находятся в поле исследования биоэтики. Еще один пример – ограничение прав человека в условиях пандемии, например, во время распространения вируса Covid-2019.

Кто и как может закрыть границы, блокировать города, запретить людям выходить из домов? Запретить встречаться и общаться с близкими, с детьми, с родителями? Какие дополнительные функции общество готово дать армии, спецслужбам, врачам? Готовы ли мы в целом на существенное ограничение своих прав, когда вирус шагает по планете? И как, в конце концов, убедиться, что это ограничение – не произвол, не манипуляция, не глобальный фейк?

 

Почему об этом важно говорить?

Порой говорят, что весь комплекс сложных и противоречивых проблем, которые стоят перед биоэтикой, можно решить правовыми нормами. Тут – закон, там – запрет, здесь – разрешение, и готово.

Но, как уже говорилось выше, скорость развития биомедицины настолько стремительна, что законы за ней могут просто не поспевать. Например, как быть с детским донорством, которое во многих странах до сих пор не урегулировано правовыми нормами, но которое может спасти сотни тысяч жизни? Вопрос слишком сложный и многогранный. Но его хотя бы можно решить законодательно.

Но есть и такие проблемы, которые законом просто не решить: к примеру, тот самый баланс между правом конкретного человека и правами и свободами других людей. И не только людей. К примеру, врач может иметь жесткие моральные принципы и отказываться проводить опыты на животных. Закон тут не поможет. Да и правовые и нравственные ценности не всегда совпадают. Пример эвтаназии – один из таких сложных вопросов.

Биоэтика как новое направление осмысления научных и медицинских практик и знаний будет играть все большую роль и значение.

«Журнал» начинает серию публикаций о проблемах, которые рассматривает биоэтика в области медицины, права, культуры, философии, антропологии.

21-24 июня 2020 года в минском Культурном центре «Корпус» пройдет форум «Homo (Im)Perfectus» – о том, как биотехнологии меняют человека, культуру, общественные отношения, социальные и этические нормы.

Поддержать проведение форума можно на платформе Ulej.

Читайте дальше:

«Какие права человека, если рядом с вами биологическая бомба?» Почему за здоровье человека отвечают не только врачи

COVID-19. Когда мир вернется в норму и что будет с экономикой

Поломав человека. Что биотехнологии рассказывают нам о нас самих

Комментировать