Жизнь

Sweet Nuthin’. Как коронавирус учит жить в минусе

1368 Максим Жбанков

Попав в катастрофичный сериал, поначалу чувствуешь себя нормально. Только в Венеции пусто. В ПЭН-центре тишина. Каннский кинофест снесли неизвестно куда – вроде на осень. В безразмерном визовом центре грустно болтаются несколько бедолаг – две сотрудницы и тройка визитеров. Приятель собрался в концертный тур по России. Теперь наверняка сидит дома – какие уж тут гастроли. Том Хэнкс переболел в Австралии. Мадонна инстаграммит себя из ванной. День Воли ушел в виртуал. Лайам Галлахер бросил бриться и поет на кухне прямо в твой айфон. Каждого встречного хочется обойти за километр. Чувак без маски подозрителен. В маске – тем более. Счастье: нашел овсянку и пока есть куда зайти на кофе. Мир схлопнулся до нескольких простых локаций и пары маршрутов. И надо снова учиться жить в личной картонной коробке.

 

Мы не хозяева, а источник проблем

Собственно, тут ничего нового. Нашу закрытую страну, готовую огрызаться на соседей, врать согражданам, вязать поэтов, душить инакомыслие и прессовать частника звали по-разному – сперва «союз нерушимый республик свободных», потом «мы, беларусы — мірныя людзі». Более открытой она от этого не становилась. И более гуманной – тоже. Аномалией смотрелись как раз жесты открытости – вроде безвизового въезда для залетных гостей.

Главный карантин нашей судьбы – не свежий приход злобного вируса, а давний уход в астрал административной верхушки. Квазисоветская номенклатура уже четверть века живет в своем коллективном космосе. А нас в космонавты не берут. Ребята работают по плану. По своему плану. И ты тут ни при чем. А раз ни при чем – о чем с тобой разговаривать?

Вот они и сейчас, ввиду всеевропейского карантина, не разговаривают. Темнят. Отмалчиваются. Включают окрики и наезды. Потому что в этой схеме мы не хозяева, а источник проблем. А они – не наши служащие, а хозяева положения. Как скажут – так и будет. А пока не сказали – ничего и нет. Какой еще карантин? Какая вам информация?

 

Тормозной спектакль нового средневековья

Их отдельность была все эти годы лучшим курсом социального дистанцирования, которому сегодня спешно пробуют обучать нашу привычную к толчее массовку. Вы без нас? Акей, мы тогда будем без вас.

Лучшим выбором жизненной хореографии cтал культур-сепаратизм. Частный выбор этики и эстетики. Движение вне поля зрения системы – и абсолютное нежелание быть ей замеченным. В такой параллельной жизни была своя правда и свой честный кайф – пока не пришла пандемия и не обнулила все наши берлины, ярмарки, прогрессивный театр, разговорные клубы, приват-образование и фэсты интеллектуальной книги.

С чем мы нынче остались? С жестко прополотым культурным полем и возвращением транзитной закрытости. С обострившейся ситуацией «нового средневековья» – превращением мозаичной культуры постсовременности в осколочную и фрагментарную. Это кризис глобальных проектов и ступор управленческой вертикали, резкий всплеск мифотворчества, размен рациональности на эмоциональные ситуативные реакции.

Новая корона-реальность – мир беспорядочных практик в ситуации массового сбоя программ. Нет большого плана и адекватной экспертизы. А если нет понимания, движения хаотичны и иррациональны.

Всё, что можно наблюдать со стороны чинов всех мастей – тормозной спектакль: вялые движения неочевидного предназначения, мутные сигналы нулевой степени информативности, попытки цензуры медиа и безразличное созерцание низовой суеты расходного материала. Который кто-то зовет гражданским обществом.

 

Водка не берет, трактор не лечит

В наличном вирусном раскладе наиболее уязвимыми оказываются внутренняя Европа и внутренняя Монголия – самые мобильные и самые инертные. Самозанятые фрилансеры и подневольные госслужащие. Первые – поскольку глобальная креативная мобильность зависла на неясный срок. Вторые – поскольку полностью зависят от державной воли. Первым обрезают свободу, вторым – своевременные дотации.

Такой опции как поддержка свободы в этом агрогородке нет. Способных к самоорганизации наша матрица не готовит. И замыкает всю механику управления полетом на ограниченный интеллект отдельно взятого пограничного политработника. А тот не успевает за событиями.

Вертикаль напугана не меньше нас. И даже больше. Потому что мы сегодня теряем шенген и ризотто, а она – право рулить.

Пандемия окончательно обнулила веру в жизнеспособность агро-стайла в социальном менеджменте. Сбиты все настройки: они боятся не пандемии, а людей. Власть совершенно не представляет, что с нами делать. В любую погоду и при любом температурном режиме.

Водка не берет. Трактор не лечит. Денег жалко. Хватит хныкать, приложи подорожник.

Проблема не в вирусе, а в (не)адекватности и (не)своевременности директивных решений. И для начала – в трезвой оценке пределов собственной компетенции. В таких случаях зовут экспертов. Но в нашей стране ручного управления все не так. Ждут веского слова лидера нации. Хотя давно пора просто раздать карты и парашюты.

Это кризис не медицины, а бедного социального порядка, способного функционировать только на внешней подпитке и административном самогипнозе. Любой шаг в сторону обнуляет этот спектакль. А кроме спектакля и нефтяной трубы у системы ничего нет. И, в общем-то, никогда не было. Теперь этому спектаклю угрожает непонятный интервент.

Проще сделать вид, что все пучком. И запустить очередной танковый парад.

Читайте дальше:

COVID-19. Когда мир вернется в норму и что будет с экономикой

Жизнь, смерть и всё, что между. Как биоэтика заботится о будущем человечества

Радио Тишина. Как мы молчим о культуре

Комментировать