Арт

Въезжая в «ГараШ». Пристрелите пианиста

2890 Максим Жбанков

Главная проблема с маленькими собачками: они не умеют быть маленькими. Пыжатся, скандалят, задираются с крупными, лезут в чужую миску. Им наверняка кажется, что они тяжеловесы и безусловные короли двора. Главная проблема с беларусским независимым кино – оно не умеет быть «инди». И упорно сбивается то в студенческую самодеятельность, то в студийный гламурчик.

Очередной проект самого заметного на сегодня активиста «нашего нового кино» Андрея Курейчика «ГараШ» – не событие, а диагноз. Диагноз всем беглецам из цепких объятий «Беларусьфильма».

Исходники были почти идеальными для нормальной партизанской затеи: пять тысяч условных из личных средств режиссера и продюсера, легкий сюжет с налетом «чернухи», бригада локальных профи, готовых поработать «за идею», пара колоритных мужиков из олдскульного панк-бэнда «НейроДюбель». Четыре дня съемок. Плюс наша родная шизовая синеокая – тут, рядом, на расстоянии поцелуя. Бери и снимай cвое шершавое кино!

Романтики городских свалок, ментовского беспредела и подпольных абортариев из какой-нибудь «новой румынской волны» удавились бы от зависти. И пошли бы сдаваться в российские сериалы. Но вот какое дело: наши авторы пришли как раз оттуда.

Успешный на российском рынке сценарист Андрей Курейчик сделал себе репутацию причесанным кино для среднего класса – вспомним хотя бы квазиголливудскую штамповку «Любовь-морковь», готичную страшилку «Юленька» и все московские военные сериалы, которые вы позабыли. Курейчик важен для нас как единственный буржуазный артист в стране, где нет буржуазии. Комфортный, даже когда пугает. Осторожный даже в своих безумствах. Ласковый киностиль коммерческой развлекухи прекрасен тем, что легок для усвоения и пролетает сквозь тебя, не затронув мозг. Однако этим же и опасен: такие «американские горки» не приспособлены для полетов.

Что происходит с коммерческим автором, решившим поиграть в «инди»? Вполне предсказуемые вещи: он использует тот ресурс, который у него сложился. Удобный ресурс. Поскольку альтернатива ему невнятна, некомфортна и неподконтрольна. Неформатную эстетику еще надо освоить. Колючую реальность еще надо понять. Найти в подельники реально «диких» киноальтернативщиков как некогда Сергей Соловьев в «АССА». А это значит – полюбить себя чуть меньше. Впустить в себя чужого. Войти в зону риска. Дать джазу.

Увы, «ГараШ» напрочь лишен огня. В нем, вслед за экранным Куллинковичем, и вправду спокойно можно курить: не взорвется. Нечему тут рвануть. Сюжет размером в трехминутный анекдот растянут на час. Мхатовские паузы в диалогах заполнены эпичными средними планами в стиле спагетти-вестернов. Персонажи плоски настолько, что комиксовые дурилки из «Города греха» покажутся верхом психологизма: условный хипстер после условных Штатов встречает в условных Шабанах условную девочку. Что они (хипстер, девочка и Шабаны) делают вместе – неясно. Зачем они вообще – непонятно.

Из списка героев можно смело вычеркнуть половину, оставив пару автомехаников, чиновника и его дочку – все прочие никак не работают на сюжет и ничего к нему не прибавляют.

История рассыпается на отдельные броские реплики («И его посадят! – Ну, с этим у нас без проблем!»), сольные «цыганочки с выходом» (как-бы-стриптиз Эвелины Сакуро, аккордеонный блиц-улет от Егора Забелова), шуточки для своих (в авто играет пост-шансон Сергея Пукста вперемежку с радиоинтервью режиссера Курейчика) и простые визуальные сигналы с регулярными вкраплениями красно-зеленого.

На кого расчет? На простой рефлекс здешнего пипла, радостно аплодировавшего на премьере репризам типа «Работать нельзя, но надо. В тунеядцы запишут», ссылочкам на всесильного «Его» и рассуждениям, что для серьезного дела главные траблы – пожарные и санэпидемстанция. Как и в своей предыдущей работе «Выше неба», Курейчик претендует на проблемность и «тутэйшасьць». И это опять оборачивается игрой штампов и тиражированием банальностей.

Нормальное «инди» делается бандой авантюристов и дилетантов. Каждый приходит со своим – кто с харизмой, кто с баяном. Приносит в проект себя. И ложится верным фрагментом в общий пазл.

Однако «ГараШ» цельной сборке не подлежит. В нем сосуществует несовместимое: незатейливый ситкомный сюжет с монументальной операторской работой, пережатая беларусская театральщина с панорамными вертолетными съемками, пластиковая «молодежная» фактурность с аккуратно захламленной «гаражностью», слащавый фоновый музон – с, кажется, первым в истории белкино наркотрипом.

Взамен цельного авторского высказывания – гаражная распродажа: ломаные кресла, детская косметика, портретик Есенина, старый винил, подшивки газеты «Анекдоты и кроссворды» да бумажные флажки, услада патриота.

Лучшее, что есть в этом диковатом миксе, залетные рок-харизматики Александр Куллинкович, Юрий «Паскуда» Наумов и Егор Забелов. Они хороши сами по себе. Как магические артефакты с той стороны зеркального стекла, нечаянные пришельцы из непридуманной, некиношной Беларуси. Их хорошо смотреть. Их можно смотреть долго.

Но общее качество фильма так не поднять: эти артисты состоялись давно и уж точно не по «гарашным» лекалам. Их подлинность только подчеркивает пустоту построенного вокруг. И по сути делает лишним весь сопутствующий экранный контент. Игру в «инди» перечеркивают именно те, кто мог бы ее спасти.

«ГараШ» это прокол. Но прокол показательный как опыт креативной перезагрузки. Благополучный автор устал быть благополучным. Ему уже мало быть московским гастарбайтером. Он хочет «думать Беларусь». Отличная интенция! Но прежний ресурс откровенно не тянет. А простыми отсылками к знакомым пейзажам и культовым героям уже не обойтись. Даже при поддержке «Арт-сядзібы».

Новому Андрею Курейчику для успеха предприятия придется снова пойти в школу. Набить кулаки. Научиться спотыкаться и заикаться. Покончить с чистописанием. И для начала убить в себе… Андрея Курейчика. Известного спеца по заказным усилиям, декоративному смысловому напылению и вербальной вольтижировке.

Хватит жеманного хихиканья и вялых анекдотцев! Сыграйте нам музыку разводных ключей. И – да, пристрелите пианиста.

Комментировать