Политика

«В Крыму мало наблюдателей и журналистов – а они нам здесь очень-очень нужны»

1033 Андрей Александров

Происходит ли военное противостояние в Крыму? Нужна ли защита русскоязычному населению полуострова? Почему крымчане не верят новому правительству в Киеве? Глава правления Крымского правозащитного центра «Дія» («Действие») Александра Дворецкая, которая живет и работает в Симферополе, рассказала «Журналу» о том, что происходит в Крыму.

– Основными точками, в которых сегодня развивается ситуация, являются административные здания в Симферополе и военные части, которые размещены в разных местах Крыма. В ночь с 26 на 27 февраля неизвестные вооруженные люди захватили здания Верховной Рады и Совета министров Крыма в центре Симферополя и водрузили нам ними российские флаги. После этого депутаты Верховной Рады Крыма почему-то решили прийти в захваченное здание и провести сессию, ранее не запланированную. В результате правительство Крыма возглавил Сергей Аксенов, лидер партии «Русское Единство». Партия эта нигде, кроме Крыма, не имеет электората, да, в принципе, даже на полуострове практически не имеет поддержки. На последних выборах в Верховную Раду Крыма «Русское Единство» получило всего 4% голосов, и имеет в крымском парламенте всего три места из 100. Журналистов на заседание не пускали, и информацию очень трудно проверить – но очевидцы говорят, что на этом заседании на самом деле не было кворума. Хотя даже и это не столь важно по большому счету: когда решение принимается в захваченном здании по требованию вооруженных людей, не суть, был там кворум или нет...

– Так а кто эти вооруженные люди?

– Пока это доподлинно неизвестно. Председатель Верховной Рады Крыма Владимир Константинов сказал на пресс-конференции, что здание было «захвачено неизвестными вооруженными людьми», к которым потом якобы присоединилась «крымская самооборона». Что это за «самооборона» такая мифическая, непонятно. Никто не говорит открыто, что на самом деле это российские военные – но никто этого и не отрицает. Эти люди, которые находятся в административных зданиях, не имеют на форме никаких опознавательных знаков. Но сомнений в том, что это российские солдаты, практически нет. Потому как никакой «крымской самообороны» не существует – а кто это может еще быть?

– То есть неизвестные вооруженные люди без опознавательных знаков до сих пор контролируют административные здания в Крыму?

– Они не то, чтобы их даже сильно контролируют – просто никто им не препятствует там находиться. Они, скорее, присутствуют там как некая устрашающая бутафория, выходя время от времен покрасоваться на крыльцо, – учитывая, что им не противодействует ни милиция, ни СБУ, ни кто-то еще. Последние, в принципе, и не могут чему-либо противодействовать – они были расформированы и потом вроде как переподчинены новому премьер-министру Крыма, который назначен непонятно кем, как и по каким процедурам. Сергей Аксенов, кстати, уже назначил себя и главнокомандующим крымских войск. Остается ждать, что он себя и главным судьей назначит и суды отменит – он уже и законодательная власть, и исполнительная, и милиция, и армия…

– А как же новая киевская власть? Нет ли ощущения, что Киев сдал Крым?

– Я не военный стратег и не эксперт в геополитике, но мне кажется, что Россия вступила в Крым в очень правильный для себя момент. Еще бы неделя-другая, и ситуация была бы совершенно иной. Новая власть в Киеве начала не с самых нужных вещей, там начали удовлетворять свои амбиции, обсуждать отмену закона о языке и прочие вещи, которые, я считаю, не очень нужны прямо сейчас. При этом они не начали каких-то реальных реформ и изменений на местах – особенно в тех местах, где не все стабильно. Не поменяли, к примеру, глав крымских силовых структур. Власть показала, что она не готова говорить с крымчанами об их реальных проблемах и потребностях. Думаю, вопрос еще и в том, что новоиспеченные министры плохо понимают ситуацию, не являются профессионалами, в частности, что касается силового блока.

– Что касается повседневной жизни – если ли ощущение, что Крым находится под военной оккупацией?

– Военная техника местами заметна, но она, скорее, используется для создания картинки и устрашения. Вот проехали два военных «Урала» куда-то в сторону от трассы, просто через села, по дорогам, которые даже не являются путями сообщения между важными объектами – нагнали страху. Никаких активных агрессивных действий нет – но своим присутствием давят чисто психологически.

Российские военные, которые «осаждают» украинские подразделения в Крыму, также стараются деморализовать «осажденных». Окружают воинские части и ведут переговоры, причем переговоры странные: мол, или вы сдаетесь – или вам ничего не будет, но вы уж лучше сдайтесь, переходите на нашу сторону. Просто капают на мозги, но пока никто активно ничего не штурмует. Россияне явно не хотят «начинать первыми», но могут провоцировать украинских военнослужащих. Сейчас очень важна моральная поддержка украинских военных, которые вовсе не переходят на сторону России, - и поддержка их родственников, которые находятся с ними на связи.

Людей на главной площади Симферополя, завернутых в российские флаги и георгиевские ленточки, немного, сотни три-четыре, но большинство из них привезли из Севастополя. Они тут у нас пытались организовать концерт «Крымская весна» в городском парке, но на него не пришел вообще никто. Тогда они свернулись и поехали на центральную площадь города, там уже было немного людей. Но все равно видно, что массовой поддержки у них нет.

– Но при этом Крым остается регионом с сильными пророссийскими настроениями? Ведь кремлевская пропаганда изо всех сил пытается показать, как крымчане в едином порыве просто умоляют, чтобы российские войска защитили их от «фашиствующих бандеровцев»…

– Поддержка России в Крыму на самом деле не настолько велика, как ее хотят показать, но она есть, не будем отрицать. Но вопрос опять-таки в точках зрения, которые присутствуют в информационном поле Крыма. Большинство местных СМИ в течение всего Майдана нагнетали ситуацию, рассказывая ужасы о страшных «банедровцах-фашистах» и их ставленниках в новой власти. Ну и сама новая украинская власть начала с таких решений, которыми показала, что они реально не хотят или не могут заниматься интересами всей страны.

Что касается общественного фона, то сейчас трудно определить, насколько реально велика поддержка действиям России и сколько в Крыму сторонников украинской независимости. Пророссийски настроенные жители Крыма могут спокойно выражать свою поддержку действиям Кремля – как они могли это делать всегда. И непонятно, от чего их кто-то собирается «защищать».

А вот люди, которые не разделяют российский взгляд на ситуацию, сейчас не говорят об этом открыто и не могут выходить на улицу. Поскольку система права сейчас на нашем полуострове работает плохо, милиция не работает фактически вовсе, в случае каких-то конфликтов и столкновений реагировать будет просто некому.

Важную роль в ситуации играют крымские татары, которые составляют около 15% населения полуострова. Сейчас они пытаются сохранять нейтралитет: официальная позиция Меджлиса – не участвовать в митингах, не выходить на улицы, не участвовать в конфликтах. Они также приняли решение, что не станут участвовать в возможном референдуме об отделении Крыма от Украины. У нас вообще нет законов о местном референдуме, но кого это будет волновать? «Нарисуют» нужные результаты. Да и о каком референдуме и свободе волеизъявления можно говорить, если административные здания контролируют люди с автоматами, на них вывешены российский флаги, а по городам ездит российская военная техника?

– Отмечаете ли вы ухудшение ситуация с правами человека в Крыму?

– Прямого открытого насилия здесь пока нет, но есть проблемы – в первую очередь в деятельности журналистов и правозащитников. Информацию очень трудно проверять, кругом много пропаганды и откровенной лжи. В Крыму сейчас очень мало независимых наблюдателей и журналистов – а они нам здесь очень-очень нужны. Проверить всю информацию, которая льется из разных источников, не представляется возможным. Мы пытаемся связываться для этого с местными активистами – но они сейчас запуганы, ведь каждый, кто высказывает сегодня мнение, отличающееся от того, что передают про-российские СМИ, рискует. Очень важно сейчас присутствие наблюдателей, которые могли бы следить за тем, что происходит.

 

Фото из аккаунта Александры Дворецкой в Facebook

Комментировать