Арт

Сергей Михаленко: «Во всем мире снимают кровь, страдания, войну. А у нас – тоску и безнадегу»

650 Ольга Бубич

10 февраля – последний день приема работ на крупнейший в Беларуси конкурс для профессиональных фоторепортеров. Конкурс часто становится информационным поводом, не всегда напрямую связанным с искусством фотографии. Так, три года назад альбом с работами победителями «Пресс-фото Беларуси-2011» был внесен в реестр экстремистских материалов, а опубликовавшее его частное издательство «Логвинов» в итоге лишено лицензии на издательскую деятельность. Несмотря на такой не всегда желанный  пиар, «Пресс-фото Беларуси» продолжается и пройдет в этом году уже в шестой раз. Куратор проекта Сергей Михаленко уверен, что конкурс развивается и изменяется к лучшему – как в художественном смысле, так и по разнообразию тем и подходов.

Каким ушедший год увидели беларусские фотожурналисты, зрители узнают в мае 2015, когда по результатам конкурса будут проведены выставка победителей и презентация альбома. А пока «Журнал» решил пообщаться с Сергеем Михаленко, расспросив его о переменах в «Пресс-фото Беларуси-2015», ожиданиях и прогнозах.

– Чем «Пресс-фото Беларуси-2015» будет отличаться от предыдущих конкурсов?

– Суть все та же – это конкурс беларусской репортажной и документальной фотографии. Если же рассматривать детали, то небольших, но важных изменений много.

В этом году в конкурсе появилась новая «Открытая номинация», представленная в этом году темой событий в Украине. Введение «Открытой номинации» было обусловлено нашим желанием посмотреть на то, каким образом разные фотографы отражают основную проблему прошедшего года – тему, которая долгое время не сходила с первых полос новостных агентств.

Мы решили расширить географию конкурса и дать возможность участвовать в нем и зарубежным фотографам. Появилась и возможность для беларусских фотографов показать снимки, которые они делают за пределами Беларуси.

Следуя тенденциям World Press Photo и проанализировав конкурсные работы наших авторов, мы объединили в одну рубрику постановочный и репортажный портрет. Опыт предыдущих лет показал, что на конкурс присылают очень мало хороших репортажных портретов, а грань между двумя жанрами, по сути, не так уж велика.

Кроме того, изменился и наш логотип. Он стал более цельным и современным.

Сергей Гудилин. Пастух, Хотимск. Пресс-фото Беларуси-2014. Номинация «Репортажный портрет», 1 место

 

– Два года назад на конкурсе впервые появилась номинация «Мобилография», став необычным ходом для формата пресс-фотографии. Ведь, по сути, она отражает не ее тематическую составляющую, а технический аспект. Чем было обусловлено появление «Мобилографии» и почему в 2015 году она исчезла из списка номинаций?

– Идея возникла тогда, когда тенденцию «снимать на мобильный» стало невозможно игнорировать. Многие репортажные фотографы в Беларуси действительно ей следовали. Я сам был изначально против включения этой номинации, но большинство организаторов настояло, и мы решили попробовать.

Лично я не вижу в номинации «Мобилография» смысла. «Пресс-фото Беларуси» ведь не конкурс приложений и других мобильных фишек! Суть «Мобилографии» – это возможность использования определенного технического средства, телефона. Но мы же не делаем номинации «Съемки на пленку» или «Фотошопографию».

Сегодня вопроса «а можно ли снимать на мобильник?» уже не встает. Фотограф волен снимать, на что хочет. Если тебе хватает качества получить картинку подходящих параметров, пожалуйста, присылай на конкурс! Сделай хороший кадр – и отправляй в любую номинацию.

– Можно ли сейчас, оглядываясь на фотографии, победившие в предыдущие годы, увидеть какую-то тенденцию, изменения в темах, смену акцентов?

– Да, визуальные изменения есть. Самой очевидной тенденцией стало увеличение числа проектных работ. В лучшую сторону изменилось понимание фотографами построения серии. В первые годы существования «Пресс-фото Беларуси» такого понятия как серия, по сути, не было. На конкурс приходили некие наборы кадров, но не было цельного высказывания, нарратива. То, что фотографы подают на конкурс последние годы, больше похоже на проект в его мировом журналистском понимании: это еще не исследование, но уже читаемая история.

За пять лет подросло новое поколение фотографов, появились люди, которые прошли ряд семинаров и мастер-классов как в Минске, которые организовывали БАЖ, Юлия Дорошкевич и Андрей Ленкевич, так и за пределами страны. Подтянулись люди из творческой фотографии: сегодня среди победителей можно увидеть не только чисто репортажных фотографов. Конкурс вышел за границы стандартной репортажной, агентской фотографии, приобретя репортажно-документальной характер. Это радует.

Говоря о конкретных именах, я бы упомянул Макса Сарычева, работающего над документальными проектами, хотя он и не репортажный фотограф. Очень сильные и интересные проекты появились у Сергея Балая, Вячеслава Цуранова, Александра Васюковича. Молодые фотографы не отстают – Настя Хролович, Юлия Волчек работают с хорошими темами, побеждают на международных конкурсах.

– А какие изменения можно проследить в тематике работ, спектре проблем, которыми интересуются фотографы? Отмечаете ли вы уход от визуальной поддержки популярного в Европе стереотипного представления о Беларуси как о «последней диктатуре»?

– Раньше было так: где-то какое-то событие произошло, получил задание в редакции, репортаж снял, зафиксировал – и все, ждешь следующее. Когда мы начинали сам проект, сами репортеры часто говорили: «А зачем нам конкурс? События-то одни и те же. Снимать нечего! Оппозиция, “Чернобыльский шлях», выборы раз в пять лет, крестный ход… Всё!» Вот так же и в конкурсных работах мы больше видели фотографии фактически повторяющихся событий в стране, такой календарь событий. Но ведь документальная фотография – это не только событие, это сама жизнь!

В какой-то момент тенденция преломилась – авторы наконец-то посмотрели вокруг, и спектр расширился, произошел выход за рамки политических проблем, появились те самые персонализированные проектные истории. Тем не менее, на мой взгляд, общий тон значительно не изменился.

Когда я смотрю на снимки победителей World Press Photo разных лет, темы в основном повторяются – кровь, страдания, война. В нашем же случае – это тоска и безнадега. Речь не о том, что надо снимать исключительно смеющихся детей с воздушными шариками, чтобы казалось всё хорошо. Этого у нас хватает в прессе и без нашего конкурса.

Тем не менее, от авторов мы ждем не просто фиксации. Мы ждем фотографичности в работах. С подписью или без, снимок должен давать пищу для размышлений, а не просто информировать зрителя. В международных репортажных конкурсах побеждают авторы с тяжелыми темами, но там нет крови ради крови, страдания ради страдания. Посмотрите на работу Джона Стенмайера, прошлогоднего победителя World Press Photo.

John Stanmeyer, 2014 World Press Photo of the Year

 

Сюжет, композиция, образность – все есть! Вот такие кадры запоминаются. Ты смотришь на работу – и срабатывает wow-эффект, читаешь подпись и историю снимка – ощущения только усиливаются. Именно такое сочетание художественности, наполнения и глубины снимков я хочу видеть среди победителей «Пресс-фото Беларуси» в этом году. И наши авторы так умеют, я знаю!

Комментировать