Политика

Закон или справедливость. Почему беларусы перестают верить власти

1100 Сергей Николюк

Фото: Сергей Балай, БелаПАН

 

Разговор о социальной составляющей кризиса – это, в первую очередь, разговор о природе общества. Нередко общество представляется в виде своеобразного «чистого листа», на котором политики способны писать любые тексты. За примером далеко ходить не надо. Достаточно открыть программу «Вольная Беларусь», подготовленную группой авторов под руководством Зенона Позняка.

Если попытаться подтвердить или опровергнуть возможность подобного политического чистописания, то без особого труда можно подобрать любое количество примеров как «за», так и «против». Объяснить данный парадокс несложно. Для этого достаточно представить общество в виде рамки, «физические» параметры которой определяются культурой. Политик, чьи предложения не выходят за границу рамки, с высокой долей вероятности способен добиться успеха.

Как тут не вспомнить 1994 год, когда будущий пентачемпион президентских выборов предложил «большинству» именно то, что оно хотело услышать. Его противники из национально-патриотического лагеря не имели шансов не только на победу, но и на выход во второй тур. Свое поражение они, естественно, объяснили «рукой Москвы».

Обратимся к опросу, проведенному «Белорусской аналитической мастерской» Андрея Вардомацкого в апреле 2017 г. Сенсационных результатов он не принес. В частности, при ответе на вопрос «В каком союзе было бы лучше жить – в ЕС или в союзе с Россией?» преимущество второго варианта над первым оказалось подавляющим: 64.5% vs. 14.1%.

Вот такая геополитическая рамка. Можно бесконечно повторять слово «многовекторность», но реальной внешней политикой в Беларуси будет дирижировать «рука Москвы». Однако эту руку следует искать не в Кремле, а среди родных полей, лесов и болот.

В законах все не пропишешь

В предыдущей статье, с помощью подсказки историка Владимира Булдакова, под политическим кризисом понимался выход боярских разборок из-под «ковра» в публичное пространство. Вновь прибегнув к помощи историка, определим социальный кризис как «войну» за справедливое перераспределение ресурсов «путем спонтанных попыток одних социумов выжить за счет других».

Суть беларусской модели, как ее советской, так и досоветской предшественниц, заключается в стремлении центральной власти максимально концентрировать ресурсы с целью их дальнейшего перераспределения. Разумеется, ключевым понятием при этом является «справедливость».

«Журнал» также рекомендует:

 

Это на Западе отношения между отдельными гражданами, обществом и государство регулируются законами. Но Запад нам не указ. Лукашенко неоднократно высказывался по этому поводу. Приведу цитату, позаимствованную из февральского «Большого разговора»: «Я сторонник искренней политики, честной политики. Справедливой. Я часто говорю: в законах все не пропишешь. А когда не прописано – делай справедливо. И я справедливость ставлю выше любого закона. <…> Справедливость должна быть положена в основу всех человеческих взаимоотношений. И государства с человеком в том числе».

А сколько раз мы имели возможность наблюдать главу государства, который аки лев рыкающий боролся за справедливые цены с ценами рыночными! Речь при этом шла не только о ценах в магазинах, но и ценах на энергоресурсы, закупаемые в России. При этом перед управленческой «вертикалью» постоянно ставится задача научиться продавать беларусские товары на внешних рынках «по хорошим ценам».

Разумеется, закон нигде и никогда не служил в качестве единственного регулятора социальных отношений.

«В основе любого общества, – поясняет политолог Владимир Пастухов, – лежит естественная иерархия силы, она и задает основную матрицу поведения индивидуума в социуме. Эта матрица может быть примитивной, а может развиться в невероятно сложные формы».

Однако на Западе помимо основной матрицы, выстроенной вокруг насилия и «по понятиям», возникла альтернативная матрица, в основании которой лежит закон. Все дело в соотношении двух матриц. В этом одно из основных отличий «страны под белыми крыльями, например, от ее западной соседки Польши.

Но разве не по закону оппозиционно настроенные граждане регулярно получают в Беларуси «сутки» и штрафы? Следовательно, анализируя отечественную альтернативную матрицу, необходимо держать в голове знаменитый афоризм Бенито Муссолини: «Друзьям – все, остальным – Закон».

Но вернемся к справедливости. Специалисты различают соревновательную справедливость, основанную на оплате по результатам труда, и распределительную, предусматривающую равенство перед властью, распределяющей ресурсы.

Сколько людей – столько и мнений, в том числе и относительно справедливости. С точки зрения власти, справедливым является распределение, которое учитывает вклад социальных групп в… укрепление власти. Поэтому у школьных учителей и у силовиков доступ к ресурсам, мягко говоря, неодинаков.

С учетом нарастания проблем в экономике Беларуси мы становимся свидетелями усиления роли бюрократов-управленцев в поддержании стабильности. Необходимости повышения их места в системе распределения ресурсов посвящен целый раздел в президентском Послании-2017. Вот ключевая цитата: «Надо четко определить, кто будет госслужащим, а кто будет работать по найму в тех или иных государственных структурах, не являясь госслужащим. И принять все законы по госслужбе. Государственная служба должна быть равна военной службе».

Социальный будильник

В беларусском атомизированном обществе основным источником порядка (социального порядка) является «сильное государство». Подобно тому, как сила пушкинского Черномора заключалась в бороде, сила беларусского государства есть производная от его способности справедливо распределять ресурсы.

Мечта о справедливом обществе играла и продолжает играть для беларусов роль консолидирующей идеи. Понятно, что на стадии экономического роста со своей задачей она справлялась. Однако люди старшего поколения, полагаю, не забыли вопрос «Хто з'ів моє сало?» Его популярность среди населения стала предвестником распада СССР.

Напомню, что под социальным кризисом в данной статье понимается «война» за справедливое перераспределение ресурсов «путем спонтанных попыток одних социумов выжить за счет других». Падение цен на нефть в 1985 году лишило главный распределительный центр (Москву) статуса кормильца, что и породило «войну» между республиканскими элитами за справедливое распределение остатков общесоюзного ресурсного пирога.

Но республиканским уровнем «война» не ограничилась. Практически повсеместно «человек советский» вдруг осознал, что государство трудящихся по факту оказалось государством номенклатуры. Слова «привилегии», «спецраспределители», «госдачи» (список легко можно продолжить) вырвались из кухонного подполья в публичное пространство. Наступило время стучать шахтерскими касками на Горбатом мосту.

Ничего подобного мы сегодня в Беларуси не наблюдаем. Однако высказывание Гегеля о кроте истории, который роет медленно, но роет хорошо, за двести лет своей актуальности не потеряло.

Свой последний опрос НИСЭПИ провел в июне 2016 г. Он, в частности, зафиксировал существенные перемены в восприятии государства. Доля беларусов, воспринимающих государство как свое, за год сократилось с 41% до 30%! Таким образом, устойчивая тенденция снижения реальных доходов населения привела к эрозии позитивного образа государства.

С каким из следующих утверждений о беларусском государстве, построенном при президенте Лукашенко, вы бы согласились? (в процентах от числа опрошенных)

Вновь обратимся к результатам последнего опроса «Белорусской аналитической мастерской». В апреле 2017 года 6% респондентов оценили экономическое положение своей семьи как «хорошее», а 34% – как «плохое». Разность двух ответов дает нам индекс экономического положения семьи. В апреле текущего года он составил минус 28.

Для сравнения: максимум среднегодового значения индекса был зафиксирован в 2006 г. (минус 3), минимум – в 2011 г. (минус 41). Так что еще есть куда падать.

Неудовлетворенность беларусов своим материальным положением порождает спрос на реформы, т.е. на изменение существующего положения. В апреле 79% высказались за их проведение. Но вряд ли сторонникам перемен стоит радоваться по этому поводу – либеральные взгляды у нас, как учит история, носят характер настроений, а не убеждений.

Но наибольший интерес вызывает динамика ответов на другой вопрос. За три последних года сформировалась тенденция на уменьшения роли государства в экономике. Следует обратить внимание на последнюю строку таблицы. Доля респондентов, затруднившихся с ответом, за этот же период сократилась вдвое!

Если экономические реформы нужны, то роль государства следует: (в процентах от числа опрошенных)

Вариант ответа
2015
2016
2017
Уменьшить
33
36
57
Увеличить
43
45
31
Не знаю/нет ответа
24
19
12

Экономический кризис все увереннее берет на себя функцию социального будильника. Поэтому те, кто еще вчера на задумывался над своим отношением к «государству для народа», сегодня вынуждены определиться.

Они и определяются, пополняя ряды скептиков, избавляющихся от иллюзорных представлений о том, что власть способна решать их проблемы.

Читайте также предыдущие части:

«Беларусская модель». Краткий курс роста и деградации

Политический кризис в Беларуси. Все еще только начинается

 

Комментировать