Политика

Военный, который закончил войну. Беларусский след в Нобеле для Африки

238 Михась Янчук

Кто такой Абий Ахмед Али, за что ему дали Нобелевскую премию мира – и где в этой истории беларусский след? Разбираемся.

Неисповедимы пути Нобелевского комитета. Толковать мотивы присуждения премии в гуманитарных областях – дело поистине равно благодатное, сколь и неблагодарное. Даже всеведущие букмекеры, принимающие ставки на потенциальных лауреатов, часто оказываются посмешищем. Так произошло и в этом году – и с писательницей Ольгой Токарчук, и с эфиопским премьером Абием Ахмедом Али. Последний назван лауреатом Нобелевской премии мира.

Абий Ахмед Али – кадровый военный, инициатор партизанского сопротивления диктаторскому режиму, впоследствии переучившийся на программиста и дошедший до премьерского поста благодаря своему таланту и механизмам этнической ротации элит – они законодательно закреплены в Эфиопии для предотвращения конфликтов между населяющими страну народностями.

Африка для европейской публики – терра инкогнита, неизвестная земля, упоминающаяся вскользь и на двадцатом месте, обычно по случаю эпидемий и ураганов. А ведь там в 55 государствах живёт почти миллиард человек, а показатели прироста населения в ряде стран – зашкаливают. Поэтому Африкой Европе надо интересоваться и её стоит начинать понимать как можно скорее. Присуждение Нобелевской премии мира сам лауреат в телефонном разговоре с секретарем норвежского Нобелевского комитета Улафом Ньюльстадом так и назвал – премией всей Африке.

Сын мусульманина и христианки, сам протестант по вероисповеданию, закончил войну спустя 18 лет после прекращения боевых действий. Война эта тогда стала полной неожиданностью для мира – потому что Эфиопия сама первой признала независимость Эритреи, своей бывшей приморской провинции, а еще ранее – итальянской колонии.

6 мая 1998 года два государства, несопоставимые по величине – 66-миллионная на тот момент Эфиопия и 4-миллионная сверхбедная Эритрея –– через пять лет после объявления Эритреей независимости вдруг начали кровопролитную войну. Война началась на почве пограничных претензий друг к другу и недемаркированной границы длиной в несколько сот километров. Вооруженный конфликт длился два года и по разным оценкам унес жизни до 100 тысяч человек с обеих сторон.

Формально всё началось из-за перестрелки между эфиопскими и эритрейскими переговорщиками, прибывшими на спорную территорию возле пограничного городка Бадме, занятого эритрейскими войсками – с жертвами с обеих сторон. А дальше всё начало разворачиваться по весьма странному сценарию – причем не без участия... Беларуси.

Основным поставщиком оружия – причем обеим сторонам конфликта одновременно – была Россия. Но в стороне от возможности погреть руки на продаже старого советского военного хлама не остались ни Беларусь, ни Украина, ни даже Грузия с Молдовой. Только в ходе одной сделки в конце 1990-х Аддис-Абеба приобрела у Москвы 12 самолетов Су-27, четыре подержанных вертолета Ми-24Д, восемь военно-транспортных вертолетов Ми-17 и десять самоходных 152-мм артиллерийских установок 2С5. Российские военспецы и наёмники составили костяк эфиопского генерального штаба и управляли военными действиями.

Генеральный штаб Эфиопии фактически возглавлял генерал Анатолий Касьяненко, бывший начштаба Уральского военного округа. Штаб ВВС курировал генерал Иван Фролов, его помощник генерал Дмитрий Ефименко отвечал за бомбардировочную авиацию, а за боеготовность систем противоздушной обороны – полковник Евгений Обухов, бывший командир части ПВО в Подмосковье. За штурвалами эфиопских истребителей советского производства сидели опытные российские пилоты, и их имена тоже назывались. Всех этих людей завербовал в своё время генерал Яким Янаков, который осуществлял общее руководство наёмниками с эфиопской стороны.

На стороне Эритреи теми же самыми действиями – вербовкой наёмников в разных странах СНГ и руководством боевых действий – занимался полковник Владимир Нефёдов, бывший руководитель представительства «Росвооружения» в Эфиопии. Это была война, в которой, пожалуй, впервые украинские пилоты, воевавшие за Эритрею, сошлись в прямых воздушных боях с российскими на стороне Эфиопии. Общее количество граждан стран СНГ, принимавших участие в боевых действиях с двух сторон, историки войн оценивают сегодня в полтысячи человек.

Не остались в стороне от пассивного участия в конфликте и другие страны – США, Китай, Израиль, Франция, Болгария, Румыния, Ливия – потому что кому война, а кому и мать родна, как говорится. Торговля оружием наряду с наркобизнесом и похоронными конторами по-прежнему входит в тройку самых прибыльных видов экономической деятельности.

Как видите, совсем несложно превратить свою страну в пожар, а вот потом погасить его, поливаемый со всех сторон бензинчиком экономических интересов третьих сил – весьма и весьма непросто. Так было и с этой войной, едва не возобновившейся в 2007 году. Поэтому роль награжденного эфиопского лидера, персонифицировавшего усилия большой группы людей двух стран, действительно сложно переоценить.

Он не побоялся поставить себя этим и под политический удар, поскольку земли эфиопской народности тиграи, проживающей в приграничной зоне, в 2000-м частично отошли к Эритрее – согласно решениям международного арбитража. Теперь это решение закреплено подписанной 8 июля 2018 года Декларацией о мире и дружбе, которая объявила о прекращении состояния войны между двумя странами, длившегося 20 лет. Представители тиграи бойкотировали церемонию подписания декларации и не прибыли на неё.

Президент Эритреи Исайяс Афеверки и премьер-министр Эфиопии Абий Ахмед после подписания декларации о мире и дружбе

 

Но основная цель всё же достигнута – сняты препятствия для экономического сотрудничества Аддис-Абебы и Асмары, поскольку Эфиопия отчаянно нуждается в эритрейских морских портах для развития торговли с внешним миром – и это сотрудничество, возможно, поможет налаживать отношения двух стран, снимая с годами остаточные противоречия.

Ну а Грете Тунберг и Дональду Трампу, которых прочили в нобелевские награжденцы их сторонники, наверное, стоит утешиться тем, что у них ещё всё впереди – поскольку те поля, которые они избрали для своих миротворческих действий, к глубоко вспаханным, удобренным и давшим хорошие всходы отнести, увы, пока сложно. А Нобелевский комитет абсолютно прав, вручая премию не за свежие модные саженцы, но за уже стабильно закреплённые от оползней и ураганов укоренившиеся сады мира.

Читайте также:

Лучший год Нобеля. Как литература обрела свободу

Выборы в Европе. Выиграли ли популисты и что ожидает Евросоюз

«Нас объединяет не происхождение, а гражданство и членство в нации. И судьба нации зависит от нашей разумности»

Комментировать