Жизнь

Владимир Мацкевич. Техника

902 Владимир Мацкевич

Техника (от греческого techne — искусство, мастерство) — собирательный термин для обозначения множества феноменов, в которых мышление (разум) обнаруживает свое присутствие (здесь бытие) в мире. Понятия техники получаются путем феноменологической редукции в разных подходах, при этом всякий раз за рамками понятийного оформления остается значительная часть содержания. Множество подходных понятий техники дополняют друг друга, составляя сложную рефлексивную картину отношения мышления к миру.

Результатом субстанциональных редукций выступает распространение понятия техника на множество инструментов, орудий и машин (включая и такие специфические, как мегамашины Мемфорда или государство).

Аксиологическая редукция включает в понятие техники ценности и цели (власть над природой, выживание, борьбу за существование и отбор, творчество и креативность).

Натуралистическая редукция рассматривает феномены техники как геологическую формацию естественной истории (техносфера, ноосфера Пьера Тейяра де Шардена и Владимира Вернадского).

Распространены антропологическая, эпистемологическая, социологическая и ряд иных редукций. (см. Философия техники, Технократизма теории, Технологический детерминизм, Технофобия).

Редукционизм в определениях понятия техники неизбежен, поскольку полнота рефлексии отношения мышления к миру воплощается в самой технике. Мир, как интенциональный объект мышления внеположен самому мышлению как нечто иррациональное, подлежащее рационализации. Установка на рационализацию мира находит свое выражение в технике. С другой стороны, техника выступает мерой рационализации мира.

В определенном смысле техника рядоположна философии и познавательной установке мышления. Техника и философия (в расширительном значении, включая науку, логику, методологию и иные формы проявления) выражают две разные интенции мышления. Каждая из интенций (не путать с первой и второй интенциями схоластов) по своему рационализирует мир, кладет и удерживает внеположенный мышлению мир в своих специфических объектах, предметах и категориях.

Отношения между двумя этими интенциями (техникой и философией) могут строиться, скорее, как перевод содержания объектов, предметов и категорий в языках друг друга, нежели как объекты взаимной активности.

Философии мир дан в идеальных объектах, понятиях и универсалиях. Технический мир дан во взаимодействии тел и сред. Философия исследует, творит и преобразует свой мир, так же как техника – свой.

Техника и философия постоянно обмениваются между собой своими достижениями и продуктами, но их развитие и история гетерохронны. Агрегатные состояния тел и изменяемые среды, с которыми техника давно имеет дело, гораздо позже становятся предметами интереса философии и науки, так же как и открытия науки и философии, далеко не сразу становятся предметом технического отношения.

Синхронизация истории техники и философии осуществлялась в несколько этапов. В конце XVIII века К.Монж объединил технические и теоретические знания в высшем образовании и в деятельности инженеров. С этого момента ведет свою историю современная инженерия, как деятельность, вобравшая в себя обе интенции мышления.

Несколько по-другому сборка и комплексирование обеих интенций осуществлялось в философии техники, которая строилась на встречном движении, от философии к технике, и от техники к философии.

Рефлексивное конфигурирование техники и философии осуществляется в деятельностном подходе (См. Деятельность). Категоризация техники может задаваться несколькими способами, категориальными парами:

Техника и мир. Техника в этом случае выступает как привнесение в естественный порядок вещей искусственного упорядочивающего начала. Т. как оискусствление (артификация) естественного, достраивание естественного порядка (космоса) искусственным порядком (таксисом).

Техника и человек. Техника как усиление естественных способностей человека, с одной стороны, и как проблематика тварности человека, когда сам человек становится объектом технического отношения.

Техника и мышление. Мышление объективирует технику в понятиях и идеях ("вторая природа", деятельность и т.д, в различных редукциях) В свою очередь мышление рассматривается как деятельность, и проявления мышления рассматриваются как мыслительные техники.

Техника в мире представлена комплексом орудий, машин и механизмов, техногенной средой, в которую включена и природная среда. Ноосферные представления рассматривают иные геологические сферы как включенные в сферу разума и техники и преобразованные. Так же как биосфера меняет минеральные сферы (атмосферу, гидросферу, литосферу и т.д.), ноосфера преобразует все это и оискусствляет их. Рационализированные искусственные среды оказываются ничуть не лучше естественных для человека, к ним необходимо так же приспосабливаться, или так же менять их, как до оискусствления техника меняла естественную среду. Это порождает комплекс аксиологических, этических и прагматических проблем, на которые техника реагирует дальнейшим воздействием на тела (включая тело человека) и среды.

Философия, в свою очередь, меняет этические и аксиологические установки и концептуализирует новые среды и сферы (физическая среда, информационная, социальная, семиотическая и т.д.). Техника внедряется и распространяется и на эти среды, большинство из этих сред техногенного происхождения. Техногенные среды парадоксальны относительно техники, их породившей. Будучи искусственными по происхождению, эти среды даны в технике как оестествленные или просто естественные. Будучи продуктом техники техногенные среды никогда не присутствовали в ней как цели. Технические цели сосредотачиваются на средовых единицах или атомах. Техника приводит к загрязнению рек и изменению состава воздуха, но цели конкретных технических действий не были направлены на гидросферу и атмосферу. В физических средах цели техники направлены на тела, изменяя тела, техника оставляет следы в средах, преобразуя их.

Когда для техники открываются новые среды, возникает проблема аналогов тел в физических средах. Так в семиотической среде (среде техногенного происхождения, порожденной интенцией мышления), аналогом тела (атома) становится знак, относительно знака формулируются технические цели и строятся семиотические орудия и машины (письменность, математика, языки искусства и т.д.).

Целевая направленность техники на тела или их аналоги в других средах, с одной стороны, и способность техники порождать техногенные среды, с другой, требуют раздвоения техники как интенции мышления на две составляющие, по аналогии со схоластическими первой и второй интенциями.

Продуктами первой технической интенции являются конкретные технические достижения, изобретения и вещи культуры, продуктами второй технической интенции выступают техногенный мир, культура, интернет. Первая интенция вынуждает человека посредством техники строить дом, электростанцию, организовывать добычу топлива, чтобы защитить себя от факторов природной среды, вторая интенция делает мир промышленным и урбанистическим (наполненным новыми телами: домами, электростанциями, угольными отвалами). Первая техническая интенция изобретает рифмованную речь и стихи, результатом второй становятся эстетика поэзии, библиотеки, образование.

Относительно человека в объем понятия техники необходимо включать проявления улучшения или усиления природных способностей человека не связанные с творением, по крайней мере, материальным творением или творением в материале.

Например, техника прыжков в высоту – фосбери-флоп, техника бега на 100 метров, техника письма и пения, или техника постимпрессионистов – пуантелизм. Техника письма определяется природным устройством кисти руки, но также и инструментом, Т. пения есть чистая форма без опосредования инструментами. Письмо оставляет материальные следы, но при рассмотрении Т. письма они не так важны как эстетическая сторона самих следов, так же как для Т. пения не важны затухающие навсегда звуковые колебания. Всякое проявление человека может раскладываться на отправление природы человека и искусственную форму, которая этому отправлению придается. Эта искусственная форма естественного отправления и есть Т. В такой трактовке машины и машинность, инструменты и инструментальность выступают акциденциями Т., но не ее субстанцией. А с другой стороны в Т. важен именно аспект искусственности. Можно выделить, описать и изобрести несколько Т. спринтерского или марафонского бега. Но нельзя считать Т. разновидности бега у лошадей. Галоп, аллюр, иноходь, рысь – природные особенности бега лошадей. Если же лошадь приходится учить некоторому движению, то речь может идти о Т. дрессировки, т.е. опять же о искусственной форме отправлений человека, где обучаемая лошадь выступает природным материалом преобразования, страдательным и претерпевающим.

Существование современного человека (современность, в данном случае, это 40 000 или более лет) вне Т. возможно только в спекулятивных построениях. Феноменально же человек присутствует в искусственной форме своих природных отправлений, т.е. в Т.. Т. есть энтелехия человека. Отсюда вся проблематика тварности человека. Проблема субъекта творения (кто: бог, Бог, сам человек, труд). Проблема предиката, что делается? или что сделано? (совершенная и несовершенная форма). Совершенность как в распредмеченном смысле, как эстетический вывод или результат критики способности суждения, так и в опредмеченных — грамматическая категория глагольных форм. Тварность и несовершенность (в обозначенных смыслах), человека делают возможными практику воспитания, антропотехнику, социотехнику, гуманитарные технологии. Проблема зеркальности, симметричности и взаимообратимости субъекта и предиката (что есть образ, что подобие? "если бы быки сочинили Илиаду, то олимпийцы имели бы образ быков").

В отношении к мышлению Т. представлена как объект мышления, а мышление как деятельность само представлено Т. мышления. Чаще всего Т. как объект мыслится в прагматических формах. В позитивном отношении такое мышление представлено либо инженерией, либо технократизмом, в отрицательном приобретает черты луддизма или руссоизма. Технократизм должен быть доукомплектован технокритицизмом, предметом которого является не оппонирование технократизму, а критика инженерной рациональности и технической интенции.

Особого обсуждения требует тема философских Т. Например, дискурс как Т. или, изощренная искусственная форма естественного (оестествленного) отправления — речи. То же самое: поэзия, художественная речь, проповедь и т.д. Специальные философские Т.: распредмечивание и опредмечивание, конфигурирование, феноменологическая редукция, рефлексивные Т. (интроспекция и эпохе), майевтика и ирония, критика и аналитика, индукция и дедукция и т.д. Различные философские подходы пользуются разными философскими Т., так же как и творцы философии, авторы текстов и изобретатели философских Т., что определяется целями, задачами и первой технической интенцией. Но вторая техническая интенция предполагает существование философии как особой среды. Средовые характеристики философии рефлектируются как эпохи или периоды: Просвещение, Романтизм, Постмодернизм. В постмодернизме философия как среда существования философа рефлектируется наиболее отчетливо. Отсюда специфические объекты интереса постмодернистов к телам и атомам в этой среде (тексты, знаки, симулякры), к Т. работы с телами философии (письмо, нарратив, дискурс), к средовым процессам и взаимодействиям (хаос, ризома, игра, складка). Осознание превалирования (неважно, действительного или мнимого) второй технической интенцией в философии над первой оформляется в тезисе о смерти автора (см. Смерть автора).

Приписывание Т. атрибутов автономности и эмерджентности также является концептуальным следствием обнаружения второй технической интенции (при недостаточной концептуализации следствием может стать технофобия). Творец и автор утрачивают контроль за последствиями своих технических действий, Т. как бы живет своей жизнью, сама становясь средой обитания человека и особым миром. Понятийное отождествление тел технической среды (например, машин) с самой средой предполагает, что все искусственное (рукотворное) так же подвластно человеку и Т. как тела. Автомобиль-машина — тело Т., управление автомобилем тоже Т., или искусственно усиленная способность человека манипулировать телами, автомобильное движение складывается из тел, каждое из которых подвластно человеку, почему же человек оказывается жертвой автомобильного движения? В гипертрофированном виде такое отношение человека к рукотворному миру проявляется, когда человек сталкивается со сложными машинами, менее понятными, чем автомобиль. (Художественный текст, вынуждающий автора к определенным сюжетным поворотам помимо авторской воли, компьютерная сеть, порождающая виртуальные потребности. Социальный институт, реализующий собственные цели, вместо выполнения функции, для которой был создан.)

Все эти парадоксы, проблемы и фобии являются результатом понятийного редукционизма Т., и снимаются самой Т., как установкой мышления на рационализацию мира. Даже тот мир, который наполнен продуктами рациональной деятельности и имеет техногенное происхождение, внеположен мышлению как иррациональный, значит требующий рационализации, т.е. технического отношения к себе. Рационализация и техническое отношение снимают иррациональность, не оставляя причин для возникновения фобий. Проблемы и парадоксы, возникающие в столкновении человека с техногенной средой, должны быть отнесены к мышлению, где они и решаются в рамках философской интенции, а не к технике.

Комментировать