Арт

«Оскар» для Майдана. За и против «Зимы в огне»

1150 Максим Жбанков

В номинацию «Лучший документальный фильм» грядущего «Оскара-2016» попала «Зима в огне» – хроника украинской Революции Достоинства. «Журнал» рассказывает, почему Майдан победил Януковича, но проиграл американскому кино.

Шорт-лист этой категории выглядит загадочно, но вполне предсказуемо. Пара байопиков из жизни знаковых «проклятых поэтов» (зачеркнуто) «пропащих певиц» – Эми Уайнхауз и Нины Симон («Amy» Асифа Кападиа и «What Happened, Miss Simone?» Лиз Гарбус). Сводка борьбы местной самообороны против мексиканского наркокартеля («Cartel Land» Мэтью Хайнемана). Поиск семьей жертв индонезийского геноцида 1960-х убийц своих близких («The Look of Silence» Джошуа Оппенгеймера).

Плюс снег, смерть, страсть и рождение нации в центре Европы – «Winter on Fire: Ukraine's Fight for Freedom» от постсоветского эмигранта в Голливуде Евгения Афинеевского.

Что загадочного в подобном выборе? Разброс поля смыслов: поп-история пополам с социалкой, криминальный эпос и рассказ о вине и искуплении, драма артиста и поступь истории.

Чем же он предсказуем? Ровным уровнем качества. Именно так работает фабрика «Оскаров» – американская киноакадемия.

Любая премия – не пир разума, а поиск приемлемого для большинства жюри. Это собачьи бега, где побеждает не самый дерзкий, а самый проходной: кто не погнался за случайным зайцем, не зацепил плечом соперника и не озадачил экспертов неформатными прыжками. Профи судят профи. На «Оскарах» ценят формат и школу. И если в претенденты попала революция – значит, она отстроена как надо.

Действительно, в авторитетной телекомпании Netflix веников не вяжут. Полуторачасовая сага о борьбе и свободе ладно скроена и крепко сшита из съемок 28 операторов (малая часть которых работала под началом режиссера, у остальных просто взяли материал). С заботой о несведущих зрителях лента снабжена поясняющими ситуацию титрами, детальной хронологией событий и схемами передвижения митингующих.

Плотный монтаж, отличный звук, яркие главные герои (безусловная звезда – майдановский Гаврош, 12-летний Роман), эффектная картинка… Черт, почему мне всё это мешает? Наверное, дело в агрессивной «оцифровке» реальной драмы народа. И конфликте увиденного с персональным опытом сетевого свидетеля.

Ничего личного. В то, что режиссер, получив от украинских друзей сигнал о начале событий, собрал наскоро бригаду и метнулся в Киев – верю. То, что канал поддержал горячую тему, абсолютно логично. В том, что автор был свидетелем-инсайдером, снимал под огнем и честно фиксировал увиденное, тоже не сомневаюсь. Можно понять и стратегию съемок: следовать изначально выбранным героям, фиксировать их частные действия, чтобы после «добить» глобальным. Готов даже принять абсолютную предсказуемость смысла и содержания: не для нас делалось, а для мало сведущей заграницы. Но режут глаз даже не общий плакатный посыл и одномерность подачи, а качество финальной сборки.

Почему все молодые герои стройны и прекрасны, а пожилые – седовласы и мудры? Отчего они (комментрируя былое) периодически не говорят, а картинно вещают – так афористично, как в жизни не скажешь? Да еще на тщательно отстроенном фоне – то панорама Майдана, то стяги, то иконы.

Под разговоры о боли, крови и полевом морге во дворе храма сорочки их белоснежно свежи, макияж безукоризнен, а пацанская бандана повязана в лучшем стиле «Беларусьфильма». Священнослужители, как на подбор, величественны и монументальны.

И как, однако, удачно складывается пазл: за кадром речь майдановца о том, как снайпер убил его друга – и вот вам синхронно на весь экран картинка падающего человека в каске. Картинка страшная – а у меня мысль об авторе-монтажере: это он под картинку говорящего нашел? Или сперва говорящего – а после съемку? А может и картинка совсем не та и убитый не тот? Или другой герой объясняет свой внезапный порыв из летнего сегодня – и вот он уже крупным планом, прицельно отснятый на зимней трибуне. Случайная удача или домашняя заготовка? Ловко сбитые синхроны выглядят имитацией – популярной на ТВ «реконструкцией события». И переводят хронику в разряд манипулятивного аттракциона – как и эффектные проходы юного Романа в хоккейном шлеме на фоне горящих баррикад.

Режиссерская «визуалка» чиста и ярка, съемка технична и ракурсы эффектны – настолько, что они вчистую забивают подлинность сопредельной «левой» хроники – дерганой, мутной, несфокусированной, нервной. Неравнодушной. Она вчистую проигрывает холоднокровным профи, одинаково ловко снимающим кровь на снегу и ухоженную девочку-скрипачку под мелким снежком.

Сборка есть сборка (незапланированная контекстная удача – коммерческие растяжки «2014. Буде весело!» над задымленным Майданом). Но если это лишь монтаж и постановка – что мы все тогда тут делаем? Да еще под помпезный струнный саундтрек. (О постановочном рекламном плакате «Зимы» – с малюткой против «Беркута» – умолчим из сострадания.)

Фильм ловит общий сюжет – но скользит по верхам, цепляясь за простые описания, протокольные сводки и пафос лозунгов. Не желая – или не умея – всерьез спросить своих героев о главном. О цене победы. О горьком опыте страха, отчаяния, унижения, смерти и мужества.

Люди проговариваются сами – когда сбивается дыхание, дрожат губы, слеза на глазах. Но автору уже некогда: он спешит дальше, повинуясь логике и ритму информационного энтертеймента. Простые сигналы, минимум пустот. Зритель не должен заскучать и уйти к другому.

Режиссер Афинеевский не врет и не лажает. Он просто иначе не научен. Как, впрочем, и его реальная аудитория.

Ничего необычного: это зовут lost in translation. Мы все переводим на свой язык – ловим смысл, но калечим оригинал. Наверное, иначе не бывает: точно так нас увидели в польском кино «Żywie Biełaruś!». Одномерно. Плакатно. С любовью – но какой-то незнакомой. Найдя в судьбе соседа узнаваемое свое.

Так и теперь: Майдан победил Януковича. Но проиграл американскому кино. Надо было брать премьером Шварценеггера.

Комментировать