Политика

«За 25 лет элиты Польши так и не объяснили обществу, что такое демократия. Теперь расплачиваемся»

783 Марина Гуляева

Десятки тысяч поляков выходят на улицы и протестуют против политики нового правительства. «Журнал» выяснял, что происходит в Польше, и почему польские элиты виноваты в жесткой атаке правых на основы демократического общества.

«Да снимите вы эти свои шарфики от Burberry – плохо выглядите, плохо!» – это цитата из авторской передачи известного польского журналиста Шымона Маевского.

Маевски описывает одну из первых демонстраций, прошедших в декабре прошлого года в Варшаве, организованных Комитетом защиты демократии (KOD). Мол, вышли люди из дорогих районов Варшавы на марши протеста – а им бы надеть куртки попроще да шарфики подешевле, так нет же! Идет, мол, такой демонстрант с телефоном в руке и сам себя на видео записывает. Да и вообще, отличная демонстрация: по дороге, манифестуя, можно кофе выпить, а в отеле «Бристоль» на Краковском предместье – «обедик» съесть.

В общем, это правда. Но эта правда начала выглядеть несколько иначе 23 января, когда в 36 городах Польши на улицы вышли люди, недовольные политикой победившей на прошлогодних выборах консервативной партии PiS («Право и Справедливость»). Это уже четвертая акция с середины декабря 2015-го, организованная КOD.

На улицы Варшавы 23 января вышли десятки тысяч человек. «Журнал» поговорил с самыми разными людьми – очень скромно одетыми пенсионерами, семейными парами, студентами. Все они очень четко и грамотно формулируют причины своего недовольства.

Когда поляки говорят, что подрываются основы демократического государства, они не хуже юриста объясняют, в чем суть конфликта вокруг Конституционного Трибунала (он теперь полностью подконтролен правительству). Они понимают, чем грозит реформа общественных СМИ (теперь их глав назначает министр государственной казны). И почему они выступают против законопроекта «О полиции», который дает правоохранителям широкие полномочия.

Через слово они произносят слово «демократия», а когда просишь их объяснить, что это значит, не задумываясь, отвечают: «Свобода выбора, свобода слова».

Как сказала врач, мать троих детей, «если раньше было стыдно признаваться, что ты голосовал за PiS, потому что за них голосовали только в деревнях, то сегодня многие уже не стесняются в этом признаться, поскольку прежняя власть себя дискредитировала».

25 лет впустую

Как считает польский профессор, философ, колумнист авторитетного польского еженедельника Polityka Ян Хартман в том, что на выборах победил PiS, виноваты польские элиты.

– За 25 лет демократии в Польше элиты так и не объяснили обществу, что такое демократическое устройство, на чем оно основывается. Люди понимают, что есть свободные выборы, и раз в четыре года они могут проголосовать за ту или иную партию. Но они не понимают, что такое конституционные ценности, свобода и равноправие, что такое разделение власти на законодательную, исполнительную и судебную, в чем роль Конституции, почему костел должен быть отделен от государства. Они не понимают механизмов, которые гарантируют личные свободы граждан. И потому теперь мы собираем такой «урожай».

Люди проголосовали за партию, которая пообещала им «живые» деньги (речь идет о программе «Право и Справедливости» о ежемесячной квоте на второго ребенка в 500 злотых, это около 130 долларов – «Журнал»). На самом деле, победа PiS не является такой уж ошеломительной – в конце концов, PiS получили меньше голосов, чем Platforma Obywatelska четыре года назад.

Сегодня в Польше происходит контрреволюция в отношении демократии. Мы становимся страной наполовину демократической, а наполовину авторитарной, клерикальной и полицейской. Исчезают основы демократического государства – независимость прокуратуры, независимость общественных СМИ. И все это происходит в чудовищно быстром темпе!

Оказалось, что 25 лет – это небольшой срок. Оказалось, что общество все еще питает некие сентиментальные чувства к авторитарным правительствам, что оно воспринимает власть исключительно через призму материальных благ. Мы должны еще раз выучить этот урок. Молодое поколение должно понять, что это такое – авторитарная, полицейская власть. Нынешняя Польша стоит на пути между Беларусью и Западом.

– Вы сказали, что польское общество просто купили за «живые» деньги – мне кажется, это слишком серьезное обвинение, поскольку оно просто исключает все достижения демократической Польши.

– PiS очень хорошо понимает правила политической игры во время предвыборной кампании. Одно из правил – выйти к людям с очень простым лозунгом, который ассоциируется с однозначной выгодой.

Общество не верит власти, зато поверит конкретному обещанию. Лех Качиньски выиграл на президентских выборах у Дональда Туска, потому что нынешний глава общественного телевидения Польши Яцек Курски заявил, что дед Туска якобы был солдатом Вермахта, и потому нельзя доверять его внуку. И всё! Этого было достаточно!

Поэтому понятно, что часть проголосовавших за PiS – это те, кого просто купили за 500 злотых.

– Руководитель «Белсата» Агнешка Ромашевска на своей странице в Фейсбуке написала, что в антипропаганде в отношении действующего правительства ее раздражает отсутствие каких-либо конкретных обвинений. С ее точки зрения обвинения в том, что подрываются основы демократического государства несерьезны – независимые СМИ есть, люди на демонстрации выходят, никого не арестовывают. Президент Объединения польских журналистов Кшыштоф Сковроньски также отмечает, что разговоры о проблемах со свободой слова в Польше – неправда.

– То, что до сих существует Gazeta Wyborcza, Newsweek, Polityka, и они могут публиковать то, что считают нужным – само по себе еще ни о чем не говорит. Я думаю, у них еще будут проблемы.

Даже самые большие пессимисты не предполагали, что в течение трех месяцев будут уничтожены общественные СМИ – сегодня их глав назначает министр госказны. Они, по сути, стали правительственными и служат пропаганде правящей партии.

Никто не предполагал, что в течение трех месяцев фактически будет парализована деятельность Конституционного Трибунала. Никто не предполагал, что будут введены такие изменения в гражданской службе (например, исключены конкурсы на высшие руководящие посты, не требуется 5-летнего стажа работы на соответствующей должности, нет жестких требований в отношении партийного статуса – «Журнал»).

Никто не предполагал, что за три месяца у нас фактически возникнет полицейское государство, когда без всякого судебного контроля будут прослушиваться телефонные разговоры и отслеживаться интернет-данные (речь идет о законопроекте «О полиции», уже утвержденном Сеймом – спецслужбы и полиция получают больше возможностей доступа к интернет-данным в «целях безопасности» – «Журнал»).

Надо быть абсолютно бессовестными, чтобы считать, что в стране ничего особенного не происходит. Что, пани Ромашевска и пан Сковроньски считают, что угроза демократии – это когда оппозицию мучают в казематах, и мы должны радоваться, что нас не ловят на улицах?

К сожалению, часть общества просто не понимает, что происходит. С какой стати обыватели будут бороться за конституционные права? Они ждут от власти только материальной выгоды. И этим пользуется каждое авторитарное правительство.

Ведь так называемый «простой человек» не участвует в общественной жизни, его не интересует проблемы с выполнением каких-то демократических процедур или нарушениями права человека. А вот 500 злотых – это, конечно, совершенно иная вещь. Все ясно и понятно.

– Получается, что 25 лет прошли для Польши бесследно?

– Для значительной части общества – да. Демократия удерживается только тогда, когда большинство общества ее понимает. Но когда люди живут в мире «клерикальных забабонов», что они могут понимать в демократии?

Это вина всех политических элит Польши. Был заключен такой грязный пакт, суть которого в разделении власти: часть власти получает костел, а часть – государство. Только костел никогда не согласится с каким-либо ограничением своей власти, и тем более, никогда не согласится на демократию.

В итоге в Польше выросло целое поколение 20-летних, которое вообще не знает, что такое демократические ценности, что такое правовое государство, что такое участие гражданина в делах государства, и вообще, что это значит – быть гражданином.

Как вы оцениваете эффективность демонстраций KOD? Пока на улицы выходит средний класс Польши и количество протестующих сравнительно невелико.

Во-первых, пресловутый «простой человек» не выйдет защищать демократию. Наша задача – рост гражданской части общества. Пусть в Польше она пока невелика – но когда по всей стране на улицы выходит 100 тысяч человек, это не может не действовать на Ярослава Качиньского. Это явно тормозит его действия.

Но главным образом эти демонстрации мобилизуют общество – люди видят, что можно заявлять о своих требованиях. И потому лично я надеюсь, что в течение ближайших нескольких лет гражданское общество должно вырасти.

Конечно, власть будет делать вид, что ничего не происходит: подумаешь, вышло на улицы Кракова 10 тысяч человек – как пришли, так и уйдут. Конечно, начинается кампания по дискредитации лидеров KOD и оппозиции. Все будет так, как во времена коммунистической Польши – это старые проверенные большевистские методы.

И все-таки я верю, что гражданское общество количественно вырастет до критической массы, которая будет сравнима с числом сторонников нынешней власти.

Коммунизм в Польше был побежден половиной общества, и тогда правительство имело большую поддержку, чем сегодня имеет PiS. Так что, я надеюсь, все это закончится через четыре года, в худшем случае – через восемь лет. Но мы должны много поработать над формированием гражданского общества.

Читайте классику. И учитесь свободе

В ноябре прошлого года программист Матеуш Киевски разместил у себя на странице в Facebook статью писателя, деятеля «Солидарности» Кшыштофа Лозиньского о необходимости создания Комитета защиты демократии. Затем Киевски решил создал группу KOD – вначале просто для того, «чтобы обсуждать интересные статьи». Через несколько дней группу лайкнуло более 30 тысяч человек.

Сегодня у страницы KOD в Фейсбуке почти 150 тысяч фанов. 12 декабря 2015 года Комитет защиты демократии вывел на улицы Варшавы, по разным оценкам, от 50 до 70 тысяч человек.

«Нас нельзя сравнивать с «Солидарностью», потому что это было профсоюзное движение – создавались ячейки, бюро. Собирались люди, которые работали вместе и знали друг друга, а потом решали, что нужно делать. У нас все было наоборот – мы сначала создали KOD, а потом начали знакомиться друг с другом. У нас самые разные люди – даже университетские профессора сегодня готовы просто разносить листовки», – рассказал Матеуш Киевски «Журналу».

Историк, писатель, автор первого учебника по истории пост-коммунистической Польши доктор наук Тадеуш Цигельски считает, что поляки в свое время боролись за определенные элементы демократии – например, за экономическую свободу, за свободу передвижения. Но до полного понимания свободы еще не доросли.

«Есть прекрасный текст, возможно, самый прекрасный текст в мире: эссе «О свободе», которое написал Джон Стюарт Милль, – рассказал Цигельски «Журналу». – Он писал, что свобода является абсолютной ценностью. Но при этом собственные интересы свободный человек рассматривает, учитывая интересы своего окружения. А главный ключ к свободе – образование. В том числе – обучение свободе. И начинаться оно должно на уровне школы.

Во времена Милля, в Англии 19-го века, эти вещи уже были очевидны. На местном уровне было только два представителя власти: судья и шериф. А когда надо было, например, построить дорогу, люди брали это на себя и сами, от начала и до конца, решали, какой будет дорога, сколько она будет стоить и в какую сторону будет проложена. Вот так англичане столетиями учились свободе – и такой уклад был понятен даже школьникам, которые учился быть самостоятельными и ответственными.

Так и нам предстоит учиться быть свободными личностями. Думать не только о себе, но и о Зосе, Малгосе и Шымоне. И о том, как ему сформировать наши общественые отношения, чтобы не только нам было хорошо с Зосей, Малгосей и Шымоном, но и им с ним было хорошо!»

Комментировать