Арт

«Як стаць беларусам»: две рецензии

557 Журнал

Сегодня в Минске состоится презентация новой книги Северина Квятковского «Як стаць беларусам. Сто гісторый». «Журнал» предложил двум своим авторам высказать о ней свое мнение. Ольга Борщева и Лидия Михеева попробовали понять, дает ли книга универсальный рецепт, как стать беларусом, и что она значит в разрезе современной моды на «беларусскость».

 

СКАЧАТЬ КНИГУ «ЯК СТАЦЬ БЕЛАРУСАМ. СТО ГІСТОРЫЙ» МОЖНО ТУТ

 

Ольга Борщева: «Быть беларусом = быть собой? И все?»

Какими сущностными характеристиками обладает настоящий беларус согласно сборнику интервью «Як стаць беларусам. Сто гісторый», автором-составителем которого выступил Северин Квятковский? Какими мы должны стать, чтобы отвечать этому высокому званию? Какие ответы на этот вопрос дают беларусы, которые уже достигли или почти достигли нужной степени совершенства?

Например, беларус – «гэта ўнутраны стан чалавека, які ўсведамляе сябе часткай народа, ведае і шануе традыцыі сваёй краіны, нясе вялікую адказнасць за свае ўчынкі, за свае словы». Но, как правило и по большей части, Северину Квятковскому рассказывали о том, как начали разговаривать на беларусском языке.

То есть, свободное владение беларусским языком, его использование в повседневной и профессиональной сферах – главный атрибут подлинного беларуса.

Квятковский ставит перед проектом амбициозную задачу. По его мнению, тот, кто прочитает сборник «до последней буквы», неминуемо преобразуется, сделает шаг на пути от беларуса-трактора, рациональной и функциональной машины, к беларусу-человеку: «Важна прачытаць кнігу ад пачатку да канца. Толькі тады будзе паўнавартасны эффект».

Но так ли нужно в действительности прочитать все 100 интервью, чтобы схватить основной мотив книги? С одной стороны, редактор сборника Валентин Акудович пишет в послесловии, что «кожны з нас меў свой адметны, ні да каго не падобны шлях да Беларусі», и важно сохранить, зафиксировать в тексте эти непростые и уникальные пути.

Но, какими бы оригинальными личностями не были опрашиваемые, мелкие индивидуальные подробности стираются из памяти, и кажется, что многократно варьируются одни и те же истории: снова Короткевич, снова «гонар», снова «музыкальныя гурты» – и снова столп национального самосознания Короткевич. Так среда беларусскоязычной интеллигенции предстаёт в этом сборнике неправдоподобно гомогенной.

А главное, из рубрики в рубрику, по всей книге путешествует и многократно повторяется категория «быць сабой». В рубрике «Пратэст» категория вынесена в заголовок интервью Алины Радачинской: «Жаданне быць беларускай — жаданне быць сабой». Чуть ниже то же самое говорит другая рассказчица, и опять это вынесено в заголовок: «Вераніка Бурак: Быць сабой». А вот оборот выделен в интервью Юлии Алексеенко в рубрике «Быць асобай, быць кiмсьцi», которая создавалась, казалось бы, специально для таких случаев: «Быць беларускай — гэта значыць быць сабою». То же самое говорит Андрей Захаревич, который представляет рубрику «Веда»: «Быць беларусам — гэта быць як самім сабой, так і нашчадкам сваіх продкаў». Этот клишированный оборот «быть собой» никак социологически или психологически не раскрывается автором-составителем, и так и остается чем-то наподобие рекламного слогана, конкурировать с которым может разве что штамп «выразить себя».

В целом перед нами – скорее, не сильное концептуальное обобщение, а материал, который, как кажется, еще ждет последующей аналитической обработки. Например, собранные Северином Квятковским данные могли бы использоваться в качестве эмпирической базы для социологического исследования конструирования национальной идентичности через рассказы о себе. Иначе говоря – о «производстве» образа себя в определённом социальном и культурном контексте. Результатом тогда мог бы стать системный портрет «настоящего беларуса», составленный по рассказам интервьюируемых из определенных смыслов и ценностей.

 

Лидия Михеева: «Книга о важном, но без зауми»

Тема национальной идентичности беларусов до последнего времени несла на себе какой-то груз драмы или даже трагедии. Шаг за шагом, от плача о забытом народом культурном наследии и национальном языке, мы перешли к более продуктивным и эмоционально легким формам того, как национальную идентичность можно мыслить и как с ней иметь дело. Беларусское стало популярным – и главный плюс этого в том, что спал сильный психологический зажим, часть границ, которые казались непроницаемыми, стерлись или показали свою потенциальную шаткость – беларусскость может быть разной. А разные группы, для которых беларусскость – ключевая ценность, могут быть открытыми. Контркультурность беларусскости, кровавые слёзы «отверженности» и «потусторонности» безразличному к ней большинству и культурному мейнстриму потихоньку стали отходить.

Книга Северина Квятковского «Як стаць беларусам. Сто гісторый» целиком в этом тренде. Она о важном, но без зауми. Она разговаривает с читателем, не красуясь сложными терминами из области гуманитарных наук. Во-первых, потому что стремится быть понятной каждому. Во-вторых, потому что

наряду с социологическими исследованиями, культурологией и исторической наукой, которые могли бы многое рассказать о том, что такое национальная идентичность сегодня, обществу нужна и публицистика. В самом хорошем смысле этого слова. То есть высказывание, предлагающее к широкому общественному обсуждению ответственную позицию.

Таких позиций в книге Квятковского – 102 (кроме ста интервью – еще и авторский текст Северина и послесловие редактора, Валентина Акудовича). Жанр нарративного интервью (пусть и в «облегченной» журналистской форме) дает возможность ощутить индивидуальный путь к белорусской идентичности каждого рассказчика в динамике и развитии. Плюс, это просто по-человечески интересно – узнавать, как складывалось понимание себя как «беларуса» у людей, которых ты не знал прежде или знал с какой-то одной стороны – как музыканта, поэта, редактора городского журнала. Понятное дело, был у этих интервью принцип отбора, неизбежны и сближения в том, что говорят о своем обретении национальной идентичности – но, на мой взгляд, они представляют собой очень красноречивые «сгущения» определенных «маркеров», которыми рассказчики «100 историй» помечают свой путь.

Культурные герои, события, эмоциональные потрясения. Беларуский язык не как внешнее свойство, но как внутренний дзен, который в какой-то момент включился. Интересны и «сгущения» общего, и индивидуальные способы описания опыта, который сконденсировал смысл жизни рассказчиков. После прочтения книги действительно «пазл» в голове складывается. Нет, это не научное исследование, это не аналитика. Никто тут ни в чем никого не убеждает, и тем более не агитирует. Именно гибкость этого «пазла», который рисует твой собственный ум при чтении, и ценна. Хочешь – не доверяй, внутренне спорь, уличай рассказчиков в упрощении проблемы, а автора – в тенденциозности подбора, твое право. Хочешь – дискутируй, где-то соглашайся, находи совпадения с твоей собственной историей. И расхождения тоже.

Давая возможность высказаться другим, сформулировав свою позицию, автор-составитель не пытался выдать обобщенный вывод или рецепт. Выводы читатель сделает сам. Такая свобода, предоставленная читателю – уважительна и допускает возможность дискуссии и несогласия. А может, в чем-то даже и провоцирует эту дискуссию. Точно так же, как немного «подтрунивает» и щекочет место, где должно помещаться у людей чувство юмора, обложка книги. Эволюция человека от обезьяны через трактор в беларуса – для некоторых слишком сложная шутка. Те отпадут уже на этапе рассматривания внешнего вида книги. Некоторые не пройдут испытания иронией автора во введении, где он позволяет себе похулиганить, и, пародируя поп-психологические издания, советующие, как бросить курить, рекомендует дочитать книгу до конца: мол, только тогда «подействует». Тем, для кому важен и интересен человек в его стремлении рассказать о чем-то сущностном в себе, книга имеет все шансы понравится. Она своевременна и в рамках своего жанра выглядит цельно и ярко.

Комментировать