Политика

Влияние и агрессия. Как Беларуси найти свое место в пост-советском расколе

623 Вадим Можейко

Фото: REUTERS/Maxim Shemetov

 

Пост-советские страны разделены на два блока. «Водораздел» проходит по их отношениям с Россией. Но вес Кремля падает даже в глазах формальных «союзников», особенно в экономике. Россия не может на равных конкурировать с Европой за влияние – она может только поддерживать напряжение в регионе. Что делать в этих условиях Беларуси? Разбираемся вместе с Институтом «Палітычная сфера».

В пост-советском регионе существуют восемь конфликтных линий, шесть из которых напрямую связаны с Россией: ее конфликты с Украиной, Молдовой (Приднестровье), Грузией, ЕС, США и в последнее время даже Турцией. Впрочем, и две остальные конфликтные линии (Армения – Азербайджан и Армения – Турция) также не обходятся без российского влияния.

Об этом говорится в исследовании Института «Палітычная сфера» – «Вызовы для беларусского внешней политики и постсоветское пространство после 2008 года». Оно охватывает период с 2008 по 2015 годы, страны Восточного партнерства и партнеров Беларуси по ЕАЭС (Казахстан, Кыргызстан), а также внешние для них центры влияния – Россию, Европейский союз, США, Китай и в отдельных случаях региональные центры (Турция, Иран).

Если взглянуть на постсоветские линии сотрудничества, то очевидно вырисовываются два блока. Первый – это страны ЕАЭС и ОДКБ: Россия, Беларусь, Армения, Казахстан и Кыргызстан. Почти все они имеют между собой тесные связи.

Страны второго блока объединены вокруг Европейского союза и США; они входят в НАТО либо имеют с НАТО индивидуальный партнерский план (Молдова, Азербайджан) или планы по плотному сотрудничеству (Грузия, Украина).

Таким образом, постсоветское пространство полностью втянуто в новое биполярное разграничение мира. Исследование подтверждает тезис, что регион конфигурируется как противостояние между коллективным Западом (США, Европейский союз) и Россией.

 

«Журнал» также рекомендует:

  

 

При этом Китай, который многие склонны относить к новому центру силы – в том числе официальные Минск и Москва, – не имеет подобного глобального влияния на регион здесь и сейчас. Такого влияния исследование «Палітычнай сферы» не нашло ни с экономической, ни с политической точки зрения.

Россия уже достигла максимума своего политического влияния и фактически не имеет перспектив для его дальнейшего расширения. Одновременно Россия находится в конфликте с большинством региональных игроков и со всеми значительными внешними акторами.

У Запада, напротив, здесь нет открытых конфликтов ни с кем, кроме России, и остаются возможности для расширения сотрудничества – и, соответственно, влияния.

Экономическое измерение: Россия теряет позиции

В плане внешней торговли преимущество европейской стороны в большинстве случаев очевидна. Это даже без учета того, что анализ не учитывал торговые отношения с США и Канадой, которые бы сделали перекос Запад\Россия еще большим в случаях Грузии, Молдовы и Азербайджана – где и так вес западного товарооборота несравнимо значительнее.

Доля ЕС (синий) и России (красный) в товарообороте стран Восточного партнерства, 2008-2014

 

Россия теряет экономическую значимость даже для азиатских партнеров, при том что географически Европейский союз от них гораздо дальше. Так, в Казахстане баланс 42% против 17% в пользу Евросоюза, в Кыргызстане – 20% (ЕС) против 27% (РФ).

И даже там, где у России и ЕС почти равные цифры (Украина, Кыргызстан, Армения), динамика не в пользу России. Так, в Украине торговый перелом в пользу Евросоюза произошел еще в 2012-2013 годы (то есть независимо от политических событий). Только в Армении Россия с 2008 года догоняет Евросоюз.

Эти же результаты подкрепляет и анализ регионального экспорта. Так, Азербайджан продал 52% в ЕС и только 3% в Россию. Молдова – соответственно 50% (ЕС) и 24% (РФ), Армения – 42% (ЕС) и 24% (РФ), Грузия – 21% (ЕС) и 4% (РФ). В Украине цифры очень близки (27.5% ЕС и 22.5% РФ), однако тренд «европейский»: доля экспорта в Россию с 2014 года падает.

На этом фоне сразу виден дисбаланс Беларуси, где товарооборот с Россией (47.5%) превышает европейский (32%), как и экспорт (соответственно 55% и 25%). При этом, как отметил экономист Сергей Чалый, беларусская торговля с Европейским Союзом – это в основном переработанная российская нефть, то есть зависимость от России в Беларуси еще больше, чем следует из простого сравнения статистики.

 

«Журнал» также рекомендует:

  

 

Таким образом, Европейский Cоюз безусловно является самой значительной экономической силой в регионе – даже в Средней Азии и тем более в Восточной Европе. Россия хотя и остается важным экономическим игроком, однако находится на втором плане. Многие открытые конфликты только дополнительно ограничивают ее позицию. Поэтому Россия не может на равных конкурировать с Европой за влияние, она не является перспективным партнером.

«Быть второй – это максимум, на что Россия может претендовать», – жестко отмечает директор ​​«Палітычнай сферы» Андрей Казакевич.

Какие стратегии в таких условиях могут использовать региональные игроки?

Опыт азиатского балансирования

Исследователь Андрей Володькин заострил внимание на кейсах Азербайджана и Казахстана. С одной стороны, у них много общего: они крупные экспортеры энергоносителей и участники интеграций.

Азербайджан – член Восточного партнерства и еще в 2010 году начал переговоры о заключении Договора об ассоциации с ЕС (в 2013 году в этом направлении было заключено еще три соглашения).

Казахстан имеет соглашения с Европейским союзом и индивидуальное партнерство с НАТО, хотя при этом остается членом ОДКБ.

И Азербайджан, и Казахстан в этих условиях пытаются проводить самостоятельную сбалансированную политику. Получается это у них по-разному.

В 2013 году European Stability Initiative разоблачила «икорную дипломатию» Азербайджана. После этого Европарламент принял несколько резких резолюций, которые осуждали наличие в стране политзаключенных и репрессии в отношении гражданского общества. Теперь же, подчеркивает Андрей Володькин, Азербайджан рассматривает возможность выхода из Совета Европы, что перечеркнет большинство усилий по построению сбалансированной внешней политики.

Гораздо лучше ситуация в Казахстане, который в 2015 году вступил в ВТО и подписал Соглашение о расширенном партнерстве с Европейским союзом. Этому никак не помешал статус члена евразийских интеграционных процессов, как раньше членство в ОДКБ не помешало сотрудничеству с НАТО. При этом недемократичность режима в этой стране также не способствует внешнеполитическим успехам на западном направлении.

Конечно, Беларусь далека по стартовым условиям как от Азербайджана, так и от Казахстана, однако сделать определенные выводы из них опыта можно.

Отход от России в поисках баланса

При формировании внешней политики Беларуси стоит учитывать два главных фактора.

Во-первых, Беларусь и так является самой зависимой от России из всех стран постсоветского пространства – как экономически, так и политически. Поэтому любой отход в другую сторону – это нормальное, здоровое балансирование. Узкий экономический и политический потенциал ЕАЭС в целом требует противовеса – развития механизмов индивидуального сотрудничества Беларуси с ЕС, США, Китаем и другими партнерами.

Во-вторых, экономически в Восточной Европе, напрямую или косвенно, доминирует ЕС, в том числе и в плане рынка сбыта готовой продукции. Углублять с Европой отношения нужно хотя бы с прагматической точки зрения, независимо от того, насколько эмоционально относиться при этом к России, давней и современной истории.

 

«Журнал» также рекомендует:

  

 

К тому же чрезвычайно агрессивный характер внешней политики России как основного союзника Беларуси в регионе создает угрозы вовлечения в чужие конфликты. Поэтому логичный шаг – это дистанцироваться от внешней политики России и стремятся развивать и углублять отношения со всеми странами, которые влияют на политическую и экономическую ситуацию в регионе. Независимо от позиции России по этому вопросу.

Беларусский МИД в последнее время работает вроде как в духе этих рекомендаций. Достаточно ли этого? Авторы исследования считают, что нет.

«Внешняя политика Беларуси движется в этом направлении, но рекомендациям это не соответствует, – заметил Андрей Казакевич. – Пока это не выглядит стратегическим курсом. Это не сотрудничество, а нормализация отношений».

По мнению политолога, сейчас можно говорить лишь о том, что отношения Беларуси и Запада выходят из глубокого минуса и колеблются «около нуля».

– Нам надо выходить на уровень хотя бы Казахстана, – ставит Казакевич не слишком высокую, но реалистичную планку.

Комментировать