Политика

В Минске не смогли зарыть топор войны

209 Людмила Яненко

Внимание всего региона 26 августа было приковано к переговорам в Минске. Новостные выпуски радовали час за часом: прилетели все участники встречи, Порошенко и Путин пожали друг другу руки и пообщались с глазу на глаз. Говорят, что худой мир лучше доброй ссоры, но действительно ли эта встреча положит начало восстановлению мира в Украине? И заслуженно ли Александр Лукашенко примеряет на себя лавры посредника?

Путину мир в Украине не нужен

Рукопожатие Петра Порошенко и Владимира Путина стало фактически символом минской встречи. Как написал на своей странице в Facebook советник президента Украины Олег Медведев, очевидно, что это рукопожатие было для Порошенко неприятным, но оно может спасти тысячи жизней украинцев, если начатые в Минске контакты приведут к прекращению войны.

Действительно, самый острый вопрос для Украины сейчас – кровопролитие на востоке страны, и ожидалось, что именно пути его прекращения будут обсуждать в Минске. Однако казалось, что в переговорах мир заменили на другое слово из трех букв – газ. Российский президент объяснил нежелание обсуждать условия разрешения конфликта просто: Россия не воюет на украинской территории, и официальный Киев должен достичь компромисса с представителями самопровозглашенных республик.

– Мы не можем говорить о каких-то условиях прекращения огня, о возможных договоренностях между Киевом, Донецком и Луганском. Это не наше дело, это внутреннее дело самой Украины, – заявил по итогам переговоров Путин. Таким образом, он продолжил политику лжи, уверен доктор политических наук Павел Усов. Кремль продолжает отрицать участие российских военных в вооруженном конфликте, несмотря на то, что информацию о погибших и пропавших десантниках утаить не удалось, а некоторые российские журналисты сообщали об обстреле украинской территории со стороны России.

– Нормальный цивилизованный мир прекрасно понимает, что без российской поддержки сепаратистов конфликт давно был бы решен. Но цель Путина на данной встрече – продолжать зомбировать свое общество, держать его в информационной изоляции и продолжать агрессию, – говорит Усов. По его мнению, Кремль не заинтересован в прекращении войны, пока Украина не удалится от ЕС и не пойдет на федерализацию, при которой Россия имела бы возможность влиять на политические процессы внутри нее.

– Россия выступает здесь в качестве основной конфликтующей стороны и стремится, чтобы этот конфликт принес ей пользу, – подчеркивает политолог. Поэтому он сомневается, что дальнейшие переговоры принесут какие-либо результаты.

Украинский журналист Виталий Портников также считает, что Путин никаких переговоров не хочет и ни к каким компромиссам не стремится, а в Минск его «на аркане приволокли его мнимые союзники Назарбаев и Лукашенко». В действиях российского президент нет никакого потаенного смысла, кроме ликвидации вначале украинской, а затем белорусской и казахстанской государственности, пишет Портников в колонке на Newsru.ua: «Именно поэтому минская встреча – она не про Украину. Она про Беларусь с Казахстаном. Путин исполнит ритуальный танец лично для Лукашенко и Назарбаева исключительно для того, чтобы они убедились в его адекватности и миролюбии и поверили в неадекватность Порошенко». 

Ритуальный танец предназначался, похоже, еще и Европе, которая считает, что посредством формальных мероприятий можно разрешить конфликт в Украине. Россия не прочь лишний раз продемонстрировать, что она заинтересована в переговорах, что войну она не ведет, а значит в политике санкций нет никакого смысла, полагает Павел Усов. По его мнению, цель недавних провокаций на российско-украинской границе заключалась в том, чтобы сорвать приезд Порошенко и Минск и показать, что Украина не желает вести переговоры. Об этом заявил и бывший посол Украины в Беларуси Роман Безсмертный.

– Россия выскакивала из штанов, пытаясь сорвать визит президента Порошенко в Минск, – сказал дипломат «5 каналу». – Само появление Порошенко привело Путина в шок. 

Учитывая поведение Путина, Украина также вынуждена играть в дипломатическую игру с ЕС, говорит Усов: показать, что страна готова к переговорам и не настроена милитаристски. А также изо дня в день «доказывать ЕС, что Россия ведет прямую агрессию в отношении Украины».

– Мне кажется, тут уже и слепцу, и безумцу можно было бы доказать присутствие российских войск на территории Украины. Я не знаю, какие еще доказательства должны быть представлены, чтобы Запад начал оказывать широкую материально-техническую и военную поддержку Украине. Создается впечатление, что ЕС намеренно не желает видеть зло, исходящее от России, – заявляет политолог.

Участникам переговоров нечего предложить друг другу

Российские эксперты встречу в Минске оценивают в основном позитивно, поскольку начало диалогу положено. Однако фактически никаких существенных результатов она не принесла.

– О каких итогах встречи можно говорить? Там разве были какие-то результаты? – так оценил переговоры в комментарии DW директор Международного института политической экспертизы Евгений Минченко.

Методолог Владимир Мацкевич также полагает, что на встрече ничего сделано не было: никто из ее участников привез какой-либо инициативы, с которой можно было бы начинать конструктивное обсуждение.

– Президент России, судя по всему, находится в застрявших переживаниях осени 2013 года, когда прямое дипломатическое и экономическое давление на Украину позволило ее администрации отказаться от ассоциации с ЕС. То, что говорил Путин, – фактически повторение переживаний по поводу того, что тот, казалось бы, успех России осени прошлого года не состоялся. И правительство ушло в отставку, и президент сбежал, и Украина преобразилась, и все равно подписывает ассоциацию с ЕС. И более того, мифическая угроза альянса Украины и НАТО, которая существовала только в горячих головах кремлевских стратегов, в результате событий этого года становится реальностью, – заявил Мацкевич в комментарии «Журналу».

В итоге Россия переживает проигрыш, не имея никаких конструктивных предложений. Для Украины единственное такое предложение – успешное завершение АТО. Ничего конструктивного не могут также предложить ни Европа, которая согласилась быть посредником в переговорах, ни два приглашенных статиста – президенты Беларуси и Казахстана, добавляет методолог. Он не исключает, что встреча Путина и Порошенко один на один в дальнейшем может привести к продолжительному диалогу, в результате которого удастся разрешить конфликт. Но на данный момент никаких результатов нет.

Впрочем, если беларусские и украинские эксперты видят неэффективность переговоров из-за нежелания Путина договариваться, то российские обвиняют в этом Петра Порошенко.

– Если боевые действия прекратятся, это хорошо, но проблема в том, будут ли украинские власти исполнять обещания, потому что Порошенко уже неоднократно выдвигал свой мирный план, но боевые действия продолжались, – приводит слова политолога Павла Святенкова РИА Новости. Еще один российский эксперт – Алексей Макаркин – отмечает, что для урегулирования ситуации в Украине необходимы серьезные компромиссы между украинскими властями и населением Донецкой и Луганской областей. То есть Россия снова как бы ни при чем.

Евгения Минченко и вовсе связывает трудности переговоров с отсутствием у Порошенко готовности к принятию решений, поскольку тот  «серьезно зависит от других игроков, в том числе находящихся вне Украины».

В любом случае, начало переговорам положено, и теперь важно внести в этот процесс конструктив. Для этого необходимо предложение, которое задевает интересы всех участвующих сторон и может быть разрешено согласованными действиями каждой из сторон, полагает Владимир Мацкевич.

– Для начала нужно, чтобы все стороны признали реальное положение дел. Оно таково: вооруженные действия на востоке Украины инспирированы Россией, ведутся Россией, и она несет прямую и полную ответственность за их продолжение. Если Россия признает ответственность за этот вооруженный конфликт, то она должна принять санкции как геополитическую реальность, – говорит Мацкевич. Дальше остается пойти на уступки, в ответ на которые Запад мог бы снять часть санкций. Пока же ситуация не доведена до предельного состояния, и все упирается в неконструктивную позицию России, которая не собирается ни признавать свое участие в конфликте, ни идти на какие-либо уступки. Положение может измениться зимой, когда перенаправление иранских нефти и газа в Европу поставит Россию перед большой экономической проблемой. Возможно, тогда она станет сговорчивей, предполагает методолог.

Лукашенко – миротворец или статист?

Больше всех доволен переговорами в Минске, пожалуй, беларусский президент. Имидж «последнего диктатора Европы» и так несколько померк по сравнению с «кровавым Владимиром», как окрестило Путина польское издание «Polska Niepodległa», а сейчас представилась возможность и вовсе выглядеть миротворцем. Да и когда еще в Минск приедет сама Кэтрин Эштон и пожмет руку Лукашенко. Доцент кафедры политической теории МГИМО Кирилл Коктыш в комментарии РИА «Новости» заявил, что состоявшаяся встреча означает фактическое признание Европой Лукашенко, а Минск сделал заявку на то, чтобы стать центром интеграции в Восточной Европе.

– По сути, Европа сейчас констатировала тот факт, что режим Лукашенко является вполне европейским по природе, и, в, общем-то, вся прежняя риторика о диктатуре будет забыта и свернута, делает приятные для официального Минска выводы Коктыш.

Роман Безсмертный не так оптимистичен. Лукашенко он называет актером, играющим роль в спектакле президента РФ.

– И хотя эта встреча дает Лукашенко маленький шанс вернуться к какому-то общению с миром, он все равно будет действовать так, как ему позволит Москва, – цитирует дипломата УНН.

Владимир Мацкевич считает Лукашенко и вовсе приглашенным статистом на этой встрече.

– Никакого участия в организации этого дипломатического события президент Лукашенко не принимал. У беларусского режима попросили возможность провести трехстороннюю встречу на территории Беларуси – и все. На реальный имидж Лукашенко за пределами Беларуси это никак не повлияет. Думаю, что об этом говорят только в Беларуси. Во всем мире все понимают, что Лукашенко никак не изменился и отношение к нему менять тоже не нужно, – сказал собеседник «Журнала». В качестве примера он привел встречу Рузвельта, Черчилля и Сталина в Тегеране, в связи с которой никто не вспоминает шаха Ирана Мохаммеда Реза Пехлеви.

Пожалуй, максимум, что может сделать беларусский президент для разрешения конфликта в Украине – это предоставить площадку для переговоров. На ход и результаты этих переговоров он, очевидно, повлиять не в силах.

Приведет ли диалог, начало которому положено в Минске 26 августа, к прекращению кровопролития в Украине, покажет время. Но для этого в первую очередь необходимо желание всех сторон конфликта, которого пока нет. Остается надеяться, что здравый смысл пересилит непомерные политические амбиции, а рукопожатие в минском Дворце Независимости действительно спасет жизни тысяч украинцев.

Комментировать