Полюса

«У церкви не всегда есть адекватный ответ на запросы современного человека»

2534 Людмила Яненко

Фото из профиля Натальи Василевич в Facebook

 

Рождество и Пасха во всем мире считаются главными религиозными праздниками. Насколько они востребованы у беларусов, как наши соотечественники относятся к религии, может ли сегодня церковь дать ответы на вопросы современности? Ответы на эти и другие вопросы «Журнал» искал у теолога Натальи Василевич.

– Наталья, скажите, действительно ли в Беларуси существует «спрос» на Пасху?

– Если говорить о праздниках, то для беларусов главным, безусловно, является Новый год, который не несет никакого религиозного содержания, особенно по сравнению с Рождеством или Пасхой – религиозными праздниками. Он играет гораздо большую роль, и если мы посмотрим, как наше государство назначает выходные дни, то увидим, что на Пасху нет второго выходного дня – пасхального понедельника, который был раньше, его отменил Лукашенко. Это такой рядовой праздник, находящийся в ряду других поводов что-то вспомнить, и он не очень связан собственно с событием, которое отмечается, то есть с воскресением Иисуса Христа.

– Позвольте с вами не согласиться. Достаточно выйти в воскресенье на улицу и с разных концов вы услышите: «Христос воскресе – воистину воскресе».

– Я не думаю, что все, кто так говорит, на самом деле верят в одну из основных истин для христиан – воскресение Иисуса Христа на третий день после смерти. Поэтому, сложно говорить о религиозном характере этого праздника. Хотя люди, безусловно, могут праздновать так, как им самим кажется правильным, как это нравится.

– Еще один атрибут этого праздника – многочисленные очереди к храмам. Люди часами стоят, чтобы освятить куличи и яйца…

– Знаете, все это – приятные традиции. Но сами по себе они лишь внешний антураж главного события. Для православных христиан в принципе Пасха может быть и без яиц, и без куличей, а вот без веры в Иисуса Христа – не может. При этом могут быть яйца, куличи отдельно, без веры. Это две вещи, которые могут пересекаться, но они жестко между собой не связаны.

– Должна ли Беларусь оставаться светским государством или должна стать религиозным? И насколько велико сегодня влияние религии в нашей стране?

– Государство должно быть светским. Все-таки это общепринятый подход. Конечно, какой-то внешней декорацией присутствует православное влияние, но на самом деле влияния церкви на государство практически нет, и вообще нет влияния гражданского общества на государство. Церковь как один из институтов гражданского общества не влияет на государство, потому что нет никаких механизмов влияния на принятие государственных решений. Вообще, я думаю, что деление на светское и религиозное государство уже устарело. Нужно говорить о светском государстве, где любые сообщества, в том числе церкви, могут участвовать в политическом процессе.

– Вот вы говорите, что никакого влияния церковь не оказывает. Но тот же президент постоянно поздравляет верующих разных конфессий с их праздниками. Говорит, что государство заинтересовано в миссии, которую они выполняют. Вы думаете, это как-нибудь влияет на граждан?

– В таких вещах, как религиозная активность, принадлежность и осмысление вряд ли зависит от того, что и как делает президент. Это частное дело человека. От того, что президент любит хоккей, беларусы не перестают любить футбол. Это вещи, скорее связанные с внутренним процессом человека, семейными традициями. Хотя политика президента опосредованно влияет и на место конфессий в публичной сфере и на их представленность.

– Человек и религия: чего сегодня больше некой моды или поиска истины?

– У нас религия отождествляется как нечто, обособленная оградой храма, где протекает некая жизнь. Даже когда люди приходят в храм, чтобы освятить снедь, набрать воды, то иногда образуется две очереди: одна в храм, чтобы молиться, участвовать в богослужении, а вторая, условно говоря, – за водой либо святить яйца и куличи. Разделение есть. Есть люди, для которых вера – это очень важный элемент их жизни. Она влияет на их повседневное поведение в быту, на работе, в общении с друзьями. Есть и другая часть людей, которые действуют иначе, исходя из принципа целесообразности.

– Следовательно, для них посещение церкви это некий способ не быть белой вороной?

– Не совсем так. Возможно, есть и потребность посещения церкви, но люди просто не знают, как эту необходимость реализовать. Потому что с другой стороны, со стороны церкви, не всегда есть адекватный ответ на запросы современного человека, живущего в городской среде, имеющего свои проблемы. Часто церковь дает ответы, не всегда понятные человеку. А иногда – просто не удовлетворяющие человека. Ведь человек, который хочет прийти в церковь, может получить совершенно бредовую информацию, к примеру, антисемитской направленности, про массонский заговор – такая литература в церкви тоже есть. И он может пойти по ложному пути, думая, что в границах церкви нашел истину.

– Есть много стереотипов о церкви, которые тоже не добавляют ей авторитета.

– Конечно. Как и любой стереотип, он связан с реальностью. Например, стереотип о том, что Беларусская православная церковь поддерживает Лукашенко, интеграцию с Россией. Он, конечно, небеспочвенен и, безусловно, отталкивает определенную часть людей. Хотя на самом деле он не является проявлением православия. Поэтому человек в поисках духовных получает вот такие политические ответы.

– Известно, что в Беларуси действуют многие конфессии. Как вы считаете, беларусы готовы терпимо относиться к людям с другой верой?

– Насколько беларусы толерантны, я оценила после того, как новый глава Беларусской православной церкви митрополит Павел назвал свидетелей Иеговы врагами и призвал сдавать их в милицию. Ранее, во времена митрополита Филарета невозможно было себе представить, что на таком высоком церковном уровне прозвучали бы такие вещи. Конечно, некоторые придерживаются схожих взглядов, но все же призыв сдавать инакомыслящих в милицию не был распространен.

– Вы хотите сказать, что беларусы совсем не толерантны?

– Это тоже стереотип о беларусах. Такая «толерантность» основана на том, что православные беларусы привыкли, что есть католики, католики привыкли, что есть протестанты… То есть, религиозное разнообразие в Беларуси присутствует и воспринимается. Но мало считать, что разнообразие – это хорошо, что если человек другой, то его не надо сдавать в милицию, бить, ненавидеть. Надо быть готовым вступить в диалог, узнать его, поделиться общим и различным. Такого в нашем обществе не хватает.

Сегодня существует много различных сообществ. И не всегда те же православные будут в них чувствовать себя в своей тарелке. Часто с подозрением или даже, можно сказать, как к «фрикам» относятся к верующим в научном сообществе. Или еще пример – беларусскоязычные православные. К ним с подозрением относятся из-за того, что они говорят на беларусском, а не на русском языке. И так по многим критериям. Нет одинаковых людей, таких среднестатистических беларусов. Каждый чем-то отличается, чем-то выделяется на фоне других, а поэтому и чувствует, что сообщество относится к нему как к чужаку. Поэтому я бы хотела видеть общество более интегрированным.

– Должна ли церковь что-то делать для улучшения своего имиджа?

– Церковь обязана что-то делать. Миссия церкви должна постоянно переосмысляться. Она должна, безусловно, оставаться центром доброй вести, но ее нужно объяснять современным языком. Тем более, что мир меняется, и в Библии про многое просто не сказано. Ничего там не написано про демократию, многопартийную систему, выборы… Сегодня мы больше знаем о человеческой жизни, которая остается тайной, но многие биологические механизмы сегодня более понятны. Поэтому церкви надо объяснять, к примеру, чем является христианство, а чем оно не является. Может быть, сегодня недостаточно компетентных людей, которые могли бы стратегически воспринимать развитие церкви, а не просто считать, сколько людей придет, как их организовать и куда направить эти толпы.

Читайте дальше:

Разделяет или объединяет религия беларусов?

«Потребность в церкви – это желание взрослых людей вернуться в детство»

Личность или церковь: кому принадлежит свобода совести

Богу и кесарю. Когда в Беларуси опасно быть верующим

«Беларусов трудно назвать примером христианского народа»

Комментировать