Арт

«Сваё кіно». «Беларусское кино есть, оно интересное, оно вызывает споры»

451 Тарас Тарналицкий

Антон Сидоренко. Фото: Алиса Ахрамович

 

Отечественное кино в последние годы обрело второе дыхание. Его активно показывают на местных фестивалях, обсуждают в прессе. Впрочем, массовый зритель о его существование пока еще даже не подозревает – на большом экране вышли всего несколько картин авторства Андрея Курейчика и Евгения Куренчанина. Продвижением авторских работ занялась новая культурная инициатива «Сваё кіно», ежемесячно организующая открытые показы с участием режиссеров в «Арт-кинотеатре». Ее соорганизатор и ведущий, кинокритик Антон Сидоренко, рассказал «Журналу», что общего у проекта с фестивалем Bulbamovie, существует ли у нас цензура и почему беларусы не смотрят собственное кино.

– Проект пиарится под маркой «от организаторов Bulbamovie». «Сваё кіно» является идейным продолжением фестиваля или идет по собственному пути?

– Наша инициатива – это ответ на общественный запрос. Bulbamovie показал, что у беларусов есть желание смотреть собственное кино. Люди прошлой осенью с удовольствием ходили в «Арт-кинотеатр», платили за билеты. И после окончания фестиваля площадка выступила с инициативой предоставлять свой зал раз в месяц для показов современного беларусского кино.

Мы пытаемся вывести беларусских авторов и их фильмы к широкой публике. Понятно, что в зале только 130 мест и вся минская публика при всем желании там не уместится, но для тех картин, которые мы планируем показывать – документальных, экспериментальных, арт-работ, студенческих короткометражек – это отличная возможность попасть на экран. Ведь их практически негде показывать, и, соответственно, негде смотреть.

Главная наша задача сейчас – создать резонанс в публичном пространстве, в медиа и социальных сетях, чтобы люди начали смотреть беларусское кино, обсуждать его, запоминали имена авторов. Ведь фильмы рождаются не на монтажном столе, а во время премьеры, при соприкосновении со зрителем.

– В стране киноклубы были популярны в 1990-е годы. Тогда в них показывали западное кино, теперь же фокус сместился на беларусское. Почему произошла эта рокировка?

– Киноклубы – это формат даже не 1990-х годов, а 1970-1980-х. Например, в 1980-х в минском кинотеатре «Пионер» существовал киноклуб «Профиль». В 2000-е люди стали больше смотреть фильмов дома с качественных цифровых носителей. Но сейчас у публики снова вернулся запрос к живому общению. Посмотрите, какой популярностью пользуются театры, открытые встречи, лекции, дискуссии. На многих из них нет свободных мест, яблоку негде упасть.

«Журнал» также рекомендует:

 

То же самое и у нас. Кино – это искусство ХХ века, директивное по своей сути. Объекты, идеи движутся с экрана, а масса людей смотрит на это конвейерное искусство. Мы возвращаем ему индивидуальность – каждый может получить обратную связь, пообщаться с авторами. Главное у нас – это присутствие на показе режиссера. Вы можете задать автору вопрос, а он – на него ответить.

– Или не ответить.

– Или не ответить. Но то, что показ с автором, и он наш, беларусский, – это очень важно.

Формат киноклуба сегодня снова становится актуальным. После того, как в кинотеатре «Ракета» в 2006 году произошел перезапуск киноклуба, они начали множится, как грибы после дождя, и сейчас существует много киноклубов и отдельных показов по всему городу. Все они ориентированы на общение людей. И если этот формат существует, он доказал свою состоятельность.

«Сейчас беларусское кино по-хорошему, системно, неизвестно даже интеллектуальному меньшинству»

– Получается, что в зрительском плане беларусское кино, как и ваш проект, – развлечение для интеллектуального меньшинства?

– Мне не нравится термин «интеллектуальное меньшинство». Мы рекламируем себя как инициативу для думающих людей, которые интересуются кино, которым есть что сказать, которые способны реагировать. Это не означает, что речь про закрытую тусовку, что зрители будут существовать в каком-то коконе.

К сожалению, сейчас беларусское кино по-хорошему, системно, не известно даже этому самому «интеллектуальному меньшинству». Задача нашего проекта – вывести наше кино на постоянную аудиторию, консолидировать ее. Пускай сначала она будет крохотной. Но ведь большая аудитория так и создается – постепенно расширяется за счет того, что кто-то посмотрел, потом рассказал кому-то, перепостил в фейсбуке и т.д. Получается кумулятивный эффект, и наша задача – его создать.

Фильмы, которые показывает «Сваё кіно», по разным причинам не нашли у нас своего зрителя, хотя вышли уже давно. Первый фильм, который мы показывали, Test-730 (картина режиссера Дарьи Король посвящена проблеме распределения выпускников – прим. «Журнала») прошел в национальной секции фестиваля «Лістапад».

Конкурс великолепный, идея его – прекрасна, но он оттеснен международным конкурсом. Пребывает в его величественной тени. И это его главный минус.

Вот и резонансный фильм «Аномия» Владимира Козлова по регламенту подходил фестивалю. Сам режиссер москвич, но родом из Могилева. Картина не была отобран в конкурс, ну что ж – нам карты в руки, мы решили устроить его премьеру.

Главный критерий отбора – чтобы это было новое кино, у которого очень мало шансов получить резонанс даже в среде киноманов Минска. Изначально мы хотели показывать «беларусское независимое кино», но такое определение сейчас весьма условно. Мы будем с радостью брать фильмы, если они будут достойны показа. И не важно за чей счет они будут сделаны: за государственный или частный. Потому что всем одинаково нужен зритель и коммуникация.

– Нужно ли сегодня проводить водораздел между государственным и независимым от него кинематографом?

– У нас государственным называют кино, которое получает финансирование от Министерства культуры. И зачастую это фильмы, чей художественный и идейный уровень не дотягивает до какого-то обсуждения. Можно надеяться разве что на документалистику. Но если «Беларусьфильм» выпустит фильм, который будет интересно показать, мы это сделаем.

Сейчас происходит бурный рост киноинициативы, причем без всякой поддержки со стороны государства. Люди просто снимают кино, порой за свои деньги, и даже сами стараются его прокатывать. Вспомним фильмы Андрея Курейчика и Евгения Куренчанина – сам факт их появления потрясает воображение. И на их фоне «Беларусьфильм» выглядит бледно, снимая всего одну игровую полнометражную картину в год.

Так что тут непонятно – проводить «водораздел» чего и с чем, если на национальной студии фактически застопорилось производство.

Антон Сидоренко. Фото: Алиса Ахрамович

 

«Нужно рассказывать, что беларусское кино есть, что оно интересное, что оно вызывает споры»

– Почему вы решили запустить «Сваё кіно» именно сейчас? Ведь у беларусских авторов возможность снимать была последние 25 лет.

– В последние несколько произошел бурный взрыв количества независимых фильмейкеров. Людей, которые снимают что-то внятное – а не просто любительское кино на пленку 8 мм, как это делали еще при Советском Союзе. Bulbamovie стал первой инициативой, которое это кино начало аккумулировать и показывать. И сразу вызвал бурный интерес. Именно под влиянием Bulbamovie и этого интереса появился и Национальный конкурс на «Лістападзе».

В целом, беларусы очень мало знают о национальном кино. Им нужно рассказывать, что беларусское кино есть, что оно интересное, что оно вызывает споры. Наш первый показ вызвал возражения у публики, недовольство, но все же интерес к факту его существования был неподдельный. По-хорошему продвижением должны заниматься частные продюсеры или государственные органы за бюджетные деньги, но пока движения почти не видно.

Единственный способ решить проблему – это пропагандировать наше кино, организовывать показы. По опыту поездок в регионы с репертуаром Bulbamovie в декабре прошлого года, интерес за пределами Минска к такому кино тоже есть. Люди приходили и просто с нескрываемым интересом смотрели на экран. Это была просто фантастика – я чувствовал себя человеком с бульвара Капуцинов!

«Журнал» также рекомендует:

 

Вы говорите, что национальное кино не может полноценно добраться до кинотеатров ни в столице, ни в регионах. Почему так происходит?

– Потому что кинопрокат – это прежде всего коммерческая история. Практически во всем мире он рассчитан на получение прибыли. И основной доход приносит зрелищный кинематограф голливудского образца. Скромные картины независимых авторов или «Беларусьфильма» пока не в состоянии составить им конкуренцию.

Но любой товар нужно уметь продавать. Мы убедились, что на дебютное документальное кино можно продавать билеты. В массовом кинопрокате есть ниша для арт-хауса, фестивального кино –  мы надеемся, что займем ее часть, хотя бы не как дистрибьюторы, но как организаторы показов.

«Фильмы выпускались, но не находили зрителя»

В ситуации разрушенных коммуникаций, как существуют государственные и независимые от государства режиссеры, для кого они снимают свое кино?

– Я думаю, что они в первую очередь снимают для себя. Самые первые дебютные работы молодых авторов сделаны ради честолюбия, славы, признания. Сам статус кинорежиссера чрезвычайно высок, хотя часто ожидания от обладания им не оправдываются.

Делать кино в пустоту бессмысленно, у нас и так последнее десятилетие кинематографу абсолютно ничего не принесло. Фильмы выпускались, но не находили зрителя, формально показывались в прокате или в дневном эфире государственных телеканалов. И не только потому, что голливудские блокбастеры их вытеснили с экранов. Просто авторы говорили сами с собой, не могли ничего интересного предложить миру.

«Журнал» также рекомендует:

 

На открытии проекта приглашенная вами режиссер очень болезненно восприняла критику в свой адрес. Готовы ли беларусские режиссеры к контакту с публикой, а публика – с режиссером?

– В режиме фестивальных показов, когда приходят друзья и близкие, – реакция одна. Когда приходит публика менее лояльная, – реакция уже совсем другая. И для молодых авторов – это бесценный опыт общения с аудиторией. Некоторые весьма болезненно реагируют на критику. Это тоже издержки профессии. Если ты снял фильм – будь готов к любой реакции, даже негативной.

Публике нужны работы, которые бы отвечали на общественные проблемы, на эстетические запросы аудитории. Мне хочется, чтобы наши авторы улавливали подобные сигналы.

Каждый фильм обязан получить прокатное удостоверение в Минкульте, чтобы попасть в кинотеатр. Может ли случиться, что через сито цензуры пройдут не все работы, которые вы отобрали?

– Цензура существует только в недоразвитых государствах с недемократическим стилем правления. Я надеюсь, что все наши фильмы его получат. И люди, которые выдают это прокатное удостоверение, отнесутся с пониманием к наличию специфической лексики и нелицеприятных эпизодов.

Надо осознавать, что авторское кино не всегда похоже на детские фильмы, где абсолютно нет конфликтов или явлений, которые замалчиваются. Я вспоминаю прежние наши показы в кинотеатрах «Ракета» и «Пионер», которые я вел: в тех фильмах было и насилие, и ненормативная лексика – но мы все равно получали разрешение на показ. Мы не организуем массовые показы, они точечные, так что люди, которые выдают прокатные удостоверения, отнесутся к нам с пониманием.

Конечно, если прокатное удостоверение не будет получено, тогда уже будем разбираться на месте, что делать и как поступать.

Андрей Курейчик озвучил министру культуры предложения обложить сборами прокатчиков и создать на эти деньги канал беларусского кино. Как вам эти предложения?

– Чем больше внимания будет привлекаться к нашему кино, тем лучше. Другое дело, что нужно внимательно смотреть на существующее законодательство. Внимательно оценивать опыт стран, где такие формы используются. Протекционизм своего рынка – это палка о двух концах. И гарантий, что эти меры принесут бурный рост качественного уровня нашего кино, пока что нет.

По поводу отдельного канала вопрос: а что делать с остальными каналами, насколько на них денег хватает? Тут нужна инициатива со стороны, не уверен, что неповоротливая государственная машина сможет что-то интересное организовывать.

Что касается налога на коммерческие кино, то следует основательно подумать, прежде чем такие меры вводить. Каким образом деньги будут собираться, с каких картин? Ведь это фактически еще один налог для всех людей, которые ходят в кинотеатры. А хотят ли беларусы платить еще один налог?

Вопрос номер два – как эти деньги будут распределяться, насколько справедливо. Потому что сейчас государство выделяет немалые суммы на производство фильмов, но на эти деньги снимается очень мало кино. Будет ли гарантия, что фильмы будут сниматься лучше, чем это делается сейчас?

Андрей высказывал еще одну хорошую инициативу – не тратить огромные деньги на производство блокбастеров. Долгое время носится идея грандиозного национального блокбастера, несколько подходов уже было: «Анастасия Слуцкая», «Мы, братья». Насколько оправданы были затраты на их – хороший вопрос.

Я рад, что наш министр наконец-то принял и выслушал человека, который ему эти идеи донес. И удивлен, что за годы своего пребывания на этом посту он не сделал этого раньше.

Еще интересное по теме:

 

Комментировать