Жизнь

Ступор новых медиа, или Как не стать траффиком

3154 Виктор Мартинович

«Понаблюдав за тем, что шарит, лайкает и перепощивает лента, под чем разрываются от негодования сотни комментаторских уст, легко сделать вывод — нах... журналистика. Нечего делать заботиться о ценности материала или тратить время на поиски фигур и тем. Рестораны и еда — вот то, что трогает наши умы и души», — написала в Facebook Евгения Сугак, шеф-редактор журнала «Большой».

Главред «Большого» и мой добрый приятель Дмитрий Новицкий доехал за рулем Geely до Оймякона и написал об этом фантастический текст, в котором — обледеневшие серпантины, ледовые переправы и рассказ о Федоте Аммосове, дожившем до 119 лет и при этом «часто ходившем в кино, слушавшем концерты» и употреблявшем в пищу преимущественно «чёрчях, сорат, чехон и кумыс».

Под ссылкой на этот текст на Фейсбуке Евгении Сугак — 9 лайков... Девять, твою мать! Под самим материалом — 110 (проверено 25 февраля).

«Любая заметка на тему кабака, критика оговорившего кабак, псевдокритиков, и критика оговорившего псевдокритиков, а также конверсия поваров в шеф-поваров — в яблочко. Конкурировать может лишь противостояние блогеров и милиционеров», — продолжает свои наблюдения Евгения. И она права: под короткой записью Дениса Блища «О позитиве, грязи под ободком унитаза, “Куку” и “Ситидоге”», в которой он просто пересказывает, как «Куку» раскритиковало «Ситидог» за опубликованный отзыв на кафе Tapas – 117 лайков. На 7 больше, чем на сияющий пронзительными рассветами текст про Оймякон.

Это не значит, что рассказ про якутских лошадей, которые пасутся в снегу, выковыривая траву копытом, или фотография бензоколонки с написанным от руки объявлением «стрелка неправильно показывает» — вещи, публике менее интересные, чем рубилово вокруг порций в ресторане Tapas. Нет! Просто все это — свидетельства проблемы, которую вы, читатели, могли еще не вполне разглядеть.

Новые медиа — давно уже не про журналистику. Они про траффик-хант. Который на первых порах еще имел нечто общее с журналистикой и умением писать как таковым, но теперь выродился в самостоятельное и очень незамысловатое занятие.

Любой опытный редактор, любой блогер с развитым чувством интуиции знает, куда, на какую «ленустогову» нужно «накинуть», чтобы публика взорвалась лайками и комментами.

Поправочка. Теория новых медиа не знает слова «публика». Она не знает даже слова «аудитория». Теперь вы — не люди. Вы — траффик. Тупое, механистичное стадо, собаки Павлова, которым нужно обеспечить простенький стимул, чтобы наступила нужная реакция (лайк, шэр, переход). Схема проста: больше траффика — больше шанс словить рекламу. При посещаемости 2000+ появляются первые баннерчики, при выходе на пятерку сайт становится «успешным».

Новые медиа работают по принципу спама. Контента вокруг слишком много. Переходы идут не на качественно написанные тексты (и даже не на интересные тексты!), а на те тексты, которые имеют наибольший вирусный потенциал. В социальных сетях идет соревнование линков, причем без участия в этом соревновании, намеренном или нет, текст не имеет никаких шансов набрать даже тысячу просмотров.

Напишите, что драники — липкий позор со вкусом крахмала, блюдо для быдла, что «Бердмэн» — про внебрачного сына Иисуса Христа, что Солодуха — гриб, что кукла «Барби» взращивает в детях лесбиянок — короче, любую фееричную чушь, любой упоротый бред, но напишите это страстно, безапелляционно, и у вас мгновенно найдется сотня симпатизирующих и — что даже более важно — сотня негодующих, которые зафлудят тред своими комментами.

Живые комментаторы, в отличие от бот-командиров, не читали медиа-теорию и не знают, что лучшая реакция в новой цифровой реальности — игнор, любое внимание (а особенно внимание негативное!) рождает траффик.

В байнете все эти фундаментальные принципы, с которых кормятся миллионы микро-авторов по всему миру, функционирует на еще более примитивных основаниях — у нас, в виду исторического отсутствия конкуренции, в принципе все проще, у нас даже инфузории-туфельки должны быть не одноклеточными, а полуклеточными. Накиды — однообразны, реакции предсказуемы. Мне, в отличие от Евгении, не обидно. Мне — скучно.

Из всего многообразия взглядов на медиа, из hypodermic needle model Ватсона и Хилла, из теории ограниченного влияния Лазарсфельда, из Маклюэна и Лумана, тут выбрана одна, самая плоская, gratification model ван Херцога, и именно с ее помощью — в попытке удовлетворить самые базовые запросы на удовольствия (пожрать и поржать), тут организуется траффик-хант.

Что до меня, то я давно уже сделал свой выбор. Я не участвую в этом постбодрийяровском символическом обмане. Ни в качестве траффик-хантера, ни в качестве траффика. Мне не нужны переходы, они для меня не цель. Моя цель — трансляция смыслов. Причем — назовите меня олдфагом, но мне интересны люди, а не траффик. Gemius, а не Google Analytics.

Стадо легко приходит, но легко и уходит, по первому свистку из задницы другого микро-блоггера. Оно читает не авторов, оно читает приколы. Оно греет форумы. Оно репостит адмешечку. Оно игнорирует смыслы и пугается их. Его невозможно не только воспитать, но даже куда-то привести, ибо его внимание шизофренично расколото (а как иначе в ситуации, когда тебе из одного окна сообщают, что кукла Барби воспитывает лесбиянок, а из другого — что «Бердмэн» про внебрачного сына Иисуса Христа?)

Я буду общаться с людьми — живыми людьми, которые читают тексты, а не просматривают их. Людьми, способными тексты усваивать. Моих читателей мало — и будет мало при таком моем взгляде на вещи.

Но, знаете, людей всегда меньше, чем траффика. Но это — люди.

Комментировать