Жизнь

Символ нового фашизма. Полосатая лента – не моя Победа

4630 Дарья Костенко

У нас в Беларуси очень хорошо помнят Вторую мировую войну. Это не строчки из учебника – это рубцы на памяти. Это зияющая пустота на семейном дереве – там, где могло бы быть много ветвей.

Моя бабушка по отцовской линии была девочкой из приличной еврейской семьи. Они жили в маленьком местечке Янов в Западной Беларуси. Тогда эти места принадлежали Польше, которую в 1939 году Советы поделили с Германией. 17 сентября советские войска вошли в Западную Беларусь. А потом был совместный парад нацистов с Красной армией в Бресте. Мы не забыли. Мы хорошо его помним.

Бабка Аня в июне 1941 года вместе с парнями-комсомольцами сбежала в лес создавать партизанский отряд. Мама рвала на себе волосы и кричала, что когда эта дура принесет из лесу в подоле, они ее на порог не пустят, и чем ей не угодили немцы, такие культурные люди.

Но именно бабка Аня единственной осталась в живых из всей большой семьи. Она пересидела войну в лесу, в партизанском лагере. Все остальные дождались «культурных» немцев – и массового расстрела.

Мой дед Василь был хмурым мужиком из-под Полтавы. Он прошел всю войну в пехоте – редкая удача. Был несколько раз ранен, дошел до Берлина. Вернулся, осел в Беларуси, женился.

Я знаю его только по рассказам своего отца. Последствия ранений рано свели его в могилу. А еще он пил. Запойно, по-черному. Когда он напивался, то иногда орал, что Сталин – сука усатая. Бабушка плакала и умоляла его замолчать – могли услышать соседи и донести.

Мой дед очень не любил вспоминать войну. Он почти никогда не надевал свои медали, а за расспросы мог и по уху дать. У него был тяжелый характер, он взрывался мгновенно. Когда дед был в запое, бабушка боялась идти за ним в мужскую компанию  и посылала их маленького сына – моего отца. Отец приходил и дергал его за полу – «Папа, идем домой». Дед Василь долго смотрел на него, наливал стопку водки и говорил: «Выпей, тогда пойду». 8-летний мальчик выпивал – и тогда дед шел домой.

Так вот. Моя победа – это не бравурные марши и не парады. Это память о невероятной трагедии и нечеловеческом подвиге, сломавшем множество людей. Это поля, замощенные замерзшими телами. Это травма, которая передается из поколения в поколение.

Если бы мой дед услышал от кого про «можем повторить», он бы вытер этим человеком пол.

А сегодня власти России превратила эту ужасную память и трагедию в свой личный дешевый бренд. Но это бы еще полбеды.

Бутылки водки в георгиевских ленточках и ряженые в чужих гимнастерках и орденах – ужасны сами по себе. Вы знаете, как фронтовики относились к тем, кто надевал чужие ордена?

Пышные девахи в пилотках, вечеринки в честь Дня Победы в ночных клубах, наклейка на машинах немецких марок – «Можем повторить»… Вы с ума сошли?

Какому нормальному человеку в голову придет наряжать своих малышей в гимнастерки, а из детской коляски делать бутафорский танк? Что вы празднуете? О чем мечтаете? Отправить детей на войну, и чтобы они в танке сгорели за родину, как в Чечне? Что хотите «повторить»? Бомбежки, похоронки и вой по домам?

Моя бабушка хорошенько бы оттаскала вас за волосы, попадись вы ей с этими колясками.

***

Но победобесие – это лишь половинка ядовитого плода. Вторая половинка еще хуже.

Российские власти превратили Победу не только в пошлое шоу. Но и в оправдание для своего реваншизма и шовинизма. Для военной агрессии против соседей. Победа стала наркотой. Ей вмазываются простые граждане, у которых нет других поводов для радости и гордости.

Государство сделало из победы над фашизмом основание для собственных имперских амбиций.

Фашизм не пройдет? Расширяйте ворота. И вот уже мне объясняют, что беларусский – «недоязык», беларусы – «недонация», а Украина вообще «проект австрийского генштаба». И вот уже по соцсетям гуляет стишок про деда, который жалеет, что «не добили» поляков и прибалтов.

Говорят, что сравнение с Гитлером – дешевый прием, роспись в умственном бессилии. Но за этим есть и другой факт. Он простой.

Какая страна рвалась повторить и «перепоказать» (проигранную первую мировую войну)?

Какая страна с маниакальной страстью искала врагов и объясняла их кознями все, начиная с инфляции и заканчивая падением рождаемости?

Какая страна считала соседей по Европе «недонациями», нарушала договоры и начала свой путь к мировой войне с тихого отжимания чужих территорий?

Так вот ответьте теперь на простой вопрос: что же такое настоящий фашизм?

***

Как-то в Москве я разговорилась с одним молодым человеком, студентом элитного института. Он мечтал лечь в криокамеру и проснуться в будущем, пилотировать космические корабли и покорять Марс. Довольно начитанный был юноша, я заслушалась.

И вдруг он между делом обронил:

– Ну, конечно, сначала нам придется уничтожить США.

– Как так – уничтожить? – вытаращилась я.

– Обычно, – ответил он. – Физически. Несколько десятков баллистических ракет – и...

– Не поняла, – сказала я. – Там же живет 250 миллионов человек. Ты предлагаешь их всех убить?

– Ну, может, не всех. Но мы ведь должны вернуть себе лидерство в мире, – доверительно объяснил он. –  А это можно сделать только с помощью ядерного оружия.

– А потом – на Марс? – спросила я.

– Да.

Его лицо оставалось ясным и даже симпатичным. В петличке у него болталась георгиевская ленточка.

***

Теперь проясним за полосатые ленточки.

Я помню, как в 2005-м их придумало и распиарило российское агентство РИА, позаимствовав западный формат «белых лент». Изначально в самой идее не было ничего плохого. Взяли старую гвардейскую ленту и превратили в еще один символ праздника.

Но в итоге она стала пиар-инструментом, который помог российским властям присвоить себе то, что я не собираюсь им отдавать.

Эта власть привыкла брать чужое. Начиная с 1990-х, когда отжимали чужие кошельки и бизнесы. Но сейчас они решили отобрать нечто большее. Чужую память, трагедию и подвиг.

Они объявили себя наследниками Сталина, который заваливал врага трупами собственных солдат. Они провозгласили себя наследниками страны, которая слала миллионы свои граждан на бойню, пытаясь прикрыть собственные ошибки.

Эта страна перед войной обезглавила собственную армию, уничтожив самых талантливых командиров, сгноила в лагерях миллионы своих граждан, ручкалась с Гитлером и гнала в Германию эшелоны со сталью и нефтью.

Совместный парад вермахта и Красной армии, Брест, 1939 год

 

Благодаря «талантам» Сталина и иже с ним советская армия откатилась аж до Москвы, Ленинград оказался в блокаде, а наша Беларусь просто легла руинами. В Минске почти не осталось памятников архитектуры – чудом пережившие войну можно пересчитать по пальцам.

Эта страна расстреляла нашу национальную элиту. И не только нашу. Везде и всегда СССР не считал своих погибших, не ценил жизни своих граждан. Сталинские мясники жертвовали их миллионами, бездумно, как пешки. Их наследники бахвалятся числом погибших – а надо каяться.

А теперь эта ватага бывших гэбэшников и уголовников взяла этот океан боли и ужаса, в котором моя семья была лишь одной каплей, – и превратила его в модный бренд.

А потом они пошли дальше. И сделали ее обоснованием для новых войн. В том числе – с бывшими соратниками и соседями по СССР.

Это примитивный трюк, но народ это «схавал». Народ поверил, что «победили только русские». Многие даже думают, что Англия и Франция воевали на стороне Гитлера.

Победа стала наркотиком: с телеэкрана сразу в мозг. Страна подсела на иглу.

***

Имперские амбиции, шовинизм и жажда реванша зародились в России не вчера. Они хорошо были видны еще в 2006 году. Но тогда откровенное имперство было уделом маргиналов. Оно существовало где-то на окраине политического поля, а одиозные нацики Дугин с Прохановым печатались в сомнительных газетенках и изданиях, пишущих про заговор жидорептилоидов.

Но все эти годы, окормляемая и поддерживаемая государством, эта гнусь росла, как раковая опухоль. Она пускала новые и новые отростки, упорно лезла в окно Овертона. И, наконец, пролезла.

В 2008 она дала метастаз в Грузии. В 2014 – взорвалась войной в Украине.

И кто знает – не Беларусь ли следующая. По крайней мере, людей с полосатыми ленточками у нас уже предостаточно.

Люди с такими же лентами заживо вскрыли живот депутату Рыбаку в Горловке 21 апреля 2014 года. Тогда еще только-только провозгласили ДНР, и никто не понимал, что это такое. Рыбак пытался снять с горсовета Горловки флаг ДНР. Его схватили, пытали, а потом утопили в реке.

«Зеленые человечки» с такими же полосатыми лентами быстро, как чумные крысы, появились в Крыму и отжали чужую землю. А я не люблю воров.

Люди с такими же лентами врали своей стране – и соседним странам – с телеэкранов, изрыгали чудовищную ложь про распятых мальчиков и «фашизм в Украине». Манипулировали и выдумывали, добиваясь того, чтобы Ваня из Уренгоя ехал в чужую страну убивать незнакомых ему людей.

Люди с такими же лентами по ошибке сбили пассажирский «Боинг», а потом, изрядно перетрусив, удаляли из интернета свои победные реляции про «сбитую птичку». Их соратники в то же время фотографировались с плюшевыми игрушками на обломках самолета и гордо выставляли в инстаграмчик фото найденной у мертвого тела дорогой, хорошей туши для ресниц.

Люди с такими лентами принесли войну на восток Украины. Они грабили, отжимали квартиры, пытали людей в Донецке и Луганске. Они три дня артобстрелом ровняли с землей маленький город Дебальцево.

***

Я как-то ехала в поезде из Северодонецка в Харьков. Рядом ехала семья беженцев из Дебальцево. Мы разговорились с худой женщиной с темным, костистым каким-то лицом:

«…три дня просидели в подвале. Наверх было не сунуться. У соседа попали в дом, и всю его семью завалило в подвале. Мы три дня сидели и слышали, как они там кричат…»

***

Из-за людей с полосатыми лентами одни мои друзья лишились дома, другие – носят в теле осколки. Третьи сидели в Харькове с маленькими детьми и ждали, не придет ли к ним война. А некоторых уже нет.

Но я вам расскажу только одну короткую историю. Я с ней как Фрида с платком. Ужасно назойливая. Рассказываю, даже когда меня не спрашивают.

***

Одного моего друга звали Денис, и ему было 22 года. Он был веселый круглолицый парень с какой-то детской еще улыбкой и веснушками на носу.

Мы познакомились с ними в селе Чернухино, рядом с тем самым Дебальцево. В 500 метрах от нас были позиции сепаратистов.

«Защитники». Денис и женщина-волонтер в селе Чернухино, 2014 год. Фото: Дарья Костенко

 

Денис летом 2014 года закончил Киевскую военную академию имени Сагайдачного и угодил оттуда прямо в Иловайский котел. Вышел чудом, выжил – и взял под командование взвод на передовой на Дебальцевском выступе. Кадровых военных тогда не хватало, и он командовал мужиками в два раза старше себя.

Стояла хрупкая зимняя тишина. Ходили слухи, что со дня на день сепары начнут наступление, чтобы срезать Дебальцевский выступ, узкий и длинный, как мешок.

Мы с Денисом щурились на синее яркое небо.

– Все хорошо, но про культуру тут не с кем поговорить, – он смешно наморщил нос. – А ты уже видела «Интерстеллар»? Как тебе?

Мы зафрендились в соцсети, договорились, что я съезжу в гости к его родителям, сделаю с ними интервью. Потом в один день я написала ему – «Ну что, когда ты в отпуск? Интерстеллар посмотрел?». А он мне ответил: «Погоди, у нас тут что-то шумно, я скоро вернусь». И исчез. В тот день началось то самое наступление на Дебальцево.

Мы искали его вместе с волонтерами. Он долго числился пропавшим без вести, мы надеялись, что он отыщется среди пленных при обмене. Но вместо него нашелся человек, который видел, как Дениса ранило, и его погрузили в КамАЗ с другими ранеными. Через пару минут этот грузовик подорвался на фугасе. Очень сложно потом было кого-то опознать…

***

Так вот. Что я хотела сказать с самого начала.

Георгиевская лента – давно не символ победы. Не смейте привязывать ее к памяти моей семьи.

Она превратилась в символ фашизма. Люди с полосатыми ленточками, знайте: я праздную не с вами и не вашу победу.

Мы празднуем вместе со всем миром. С беларусами и украинцами, и с теми моими российскими друзьями, которые не поддались безумию. Я праздную с храбрыми англичанами, которые могли бы подписать сепаратный мир – но не захотели. Я праздную вместе с американцами, которые сражались далеко от своего дома – в Европе и на Тихом Океане. Я праздную вместе с французскими летчиками, которым приказали сдаться – а они с боем брали свои же самолеты и улетали в Британию или в Африку, чтобы сражаться дальше. И с и югославами, у которых было столько партизан, что они почти всю свою страну освободили сами.

Я праздную вместе со своим дедушкой и бабушкой, и с миллионами тех, кто матерно выдохнул, поняв, что не доживет до победы, и остался непохороненным на каком-нибудь безымянном поле. Они защищали не Сталина и не советскую власть. Они защищали свой дом и семью, свой родной город. Тех, кого любили.

И знаете, что именно мы празднуем 9 мая?

Победу над бесчеловечной идеологией, которой плевать было на отдельного человека, на его мечты и счастье. Победу над страной, которая мечтала всем «перепоказать» и подмять под себя других. Победу над государством, которое бредило мировым господством, маниакально искало врагов и безостановочно врало свои гражданам.

Мы празднуем тот факт, что любое зло смертно. Что добро, гуманизм, мораль и порядочность рано или поздно все равно берут верх.

Для людей с полосатыми ленточками – это плохая новость.

Читайте дальше:

Беспамятство парадов и безмолвие Тростенца

Дети, заигравшиеся в войнушку. Кто хочет «это повторить»

Никогда снова! Почему я не «праздную» 9 мая

Лживые символы Победы: георгиевская ленточка, красно-зеленые «цветы» и «линия Сталина»

Комментировать