Жизнь

Педагог – это звучит грустно. Проект реформы образования из одного пункта

4615 Татьяна Светашёва

О гомельском инциденте уже высказали своё мнение многие педагоги, и это, пожалуй, единственный плюс ситуации: профессиональное сообщество мобилизовалось, оно дышит и существует. В «мирное» время внутри этого сообщества чувствуешь себя довольно депрессивно: там царит подавленность, разобщенность и пессимизм.

В дискуссии вокруг скандала смущает многое, но мне хотелось бы обратить внимание на то, насколько искажённо воспринимается сегодня социумом профессия педагога.

Существует понятие педагогической этики. Есть вещи, которые просто не могут происходить. Можно ли оправдывать оскорбляющего, унижающего, угрожающего учителя тем, что ребёнок «сам виноват»? Довёл, спровоцировал. Ничего не напоминает? Конечно, у такого поступка были предпосылки и причины, но это не делает его нормой.

Мне видится тупиковым и болезненным оправдание агрессии: «Дети сейчас сами знаете какие», «Попробуйте сами провести урок!»

Попробуйте сами сделать операцию на сердце. Попробуйте управлять поездом. Попробуйте стричь, писать код, стоять у станка. Роли в обществе распределены. Педагог – это профессия, она требует соответствующих знаний и навыков. И она действительно очень сложна. Но эта сложность не может служить индульгенцией.

Педагог должен уметь адекватно реагировать на нежелательное поведение ребёнка. У него есть арсенал инструментов влияния на учеников, способы поддержания дисциплины, методики воспитания. Этому его обучают в вузе, это он усваивает с опытом. Иными словами, педагог должен уметь работать в ситуации провокации, конфликта, буллинга. Потому что он профессионал. Потому что педагогика – это наука.

Это очень простая мысль, которая стала теряться в нашем обществе: труд педагога требует огромного мастерства.

Это максимально значимая социальная роль, от учителя и преподавателя зависит весь механизм трансляции ценностей и знаний. Общее образование – это не услуга, а необходимая фаза социальной адаптации. Как и высшее образование не услуга в чистом виде, а этап допуска в профессиональное сообщество. Но сегодня работа педагога, увы, совершенно утратила социальный престиж.

Произошло чудовищное обрушение социального статуса педагога, обесценивание его специальных навыков.

Разрушается иерархическая диада «учитель-ученик», «преподаватель-студент». Требовательно-пренебрежительное отношение закрепляется обществом, воспроизводится родителями и усваивается детьми в семье. И с этим неуважительным отношением они приходят учиться.

Педагог больше не авторитет – он стал неудачником. Он кругом должен, его можно привлекать к чему угодно, от сбора картошки до выборов, его временем можно пренебрегать, им можно пожертвовать, как пешкой, не проводя никакого внутреннего расследования. Возможно, человек выгорел, заработал нервный срыв, нужно разбираться, сможет ли он дальше работать с детьми, не нужен ли ему отпуск, не нужна ли помощь психолога. Профпригодность – это динамическое состояние, оно не выдаётся вместе с дипломом и не исчезает одним днём.

Читайте также:

Учителя и выборы. Как общество выбирает «девочек для битья»

Учитель унижен. Дополнительные сомнительные социальные нагрузки делают из него назойливого ходока по квартирам, сборщика податей. Педагог должен «загонять» детей на непопулярные мероприятия, транслировать постправду, лгать в документах и в целом поддерживать всё то социальное лицемерие, которому не посвящена эта статья, к счастью для её автора.

Учителя стараются фокусироваться на своей основной задаче – на взаимодействии с детьми, искать в ней отдушину и радость. Они приспосабливаются, ищут компромиссы, выкручиваются, торгуются с собой, но они уже проиграли.

Бюрократия, непоследовательные реформы, избыточный документооборот, дополнительные обязанности и другие профессиональные вредности просто тают на фоне огромной проблемы – низкой оплаты труда.

Педагогика в нашей стране – это служение, а не заработок.

«Какая зарплата, такая работа» – это, согласитесь, довольно опасный стереотип, когда речь идёт о работе с детьми. Никак нельзя снижать базовые требования к учителю только потому, что он мало получает. Но, к сожалению, под влиянием механизмов рынка труда именно это и происходит.

Никто не хочет преподавать в школе, особенно на периферии. Про низкие проходные баллы в педагогические вузы слагают городские анекдоты. Ко мне на зачёты и экзамены приходили заочницы, учителя начальных классов, – и чаще всего это было смешно и страшно.

Хватает тех, кто просто не смог поступить в другой вуз. И тех, кто работает по привычке, боясь менять свою жизнь.

Есть и те, кто следует своему призванию. Призвание – пафосное слово, но что, по-вашему, ещё держит стольких людей в этой профессии? Что привлекает в школу молодёжь? Романтиков, идеалистов, донкихотов. Они самонадеянны и насмотрелись фильмов. Они приходят к детям с горящими глазами и утопичной идеей моментально изменить мир. Большинство из них быстро выгорает, успев, к счастью, отдать детям массу любви. Они уходят искать более денежной и непыльной работы, и кто мы такие, чтобы их за это осуждать?

Есть те, кто остаётся, – и это вообще инопланетяне: бессребреники, гуманисты, Учителя, работающие ради идеи. В моём окружении много таких: преподаватели вузов, школьные педагоги, тренеры по интеллектуальным играм, организаторы олимпиад, конференций, летних лагерей. Они выкладываются за копейки, они вкладывают свои деньги, они общаются с учениками и живут их проблемами. Спросите о них своих детей. Эти люди вынуждены совмещать две-три работы, чтобы позволить себе быть педагогом.

Но таких людей меньше, чем рабочих мест. Низкая конкуренция в профессии – одна из главных причин падающего уровня образования.

Решение проблемы прямо перед глазами: педагогам нужно резко и ощутимо поднять зарплату. Этот труд должен стать престижным и хорошо оплачиваемым. Пускай это будет, скажем, 2 тысячи рублей в месяц. И всё, можно лет пять ничего больше не трогать.

Люди сами сделают свою работу. Пускай им не нужно будет подрабатывать где-то ещё. Пусть они хорошо оденутся, пусть решат бытовые проблемы, пусть будут довольны уровнем своей жизни. Пусть у них будет возможность нанять сиделку, поехать в отпуск, посещать психолога, следить за своим здоровьем. Самое главное – внутри профессии установится здоровая конкуренция.

Образованию нужны конкурентоспособные кадры – много и срочно. Если труд учителя станет хорошо оплачиваться, в школу хлынет талантливая молодёжь, повысится конкурс в педагогические вузы, возрастут требования к учителю и возрастёт его социальный статус. Повысится качество образования, как среднего, так и высшего.

У профессионального сообщества обновится кровь, туда вернётся с вольных хлебов много умных, сильных, думающих людей. Те, кто уже есть, смогут нормально реализовывать себя, не отвлекаясь на то, «где подработать после работы». Те, кто не справляется, просто «вымоются» из профессии – останутся те, кто справляется. Те, кому есть, чему научить детей. Те, кем трудно манипулировать, кого нельзя будет заставить делать что-то абсурдное.

Шансов, конечно, мало, но вдруг. Я идеалист.

Читайте дальше:

Учителей не выбирают – как и президента. Почему закончилась нормальная жизнь школы в Гомеле

До Коли спать школе. Какие реформы нужны нашему образованию на самом деле

Наша школа. Бегом в прошлое

Комментировать