Политика

Новый мировой беспорядок. Что ждет мир в 2017-м

521 Микола Мирончик

Иллюстрация: Marcel Ceuppens

 

«Журнал» представляет подборку топ-5 трендов в мировой политике 2016-го, которые будут определять международную повестку в году наступившем и после него — кроме очевидных Брексита и Трампа. О взлете популистов сказано уже достаточно. Вместо этого мы обращаем внимание на менее очевидное, но не менее важное.

5. Средняя Азия становится ареной подковерной борьбы цивилизации и Кремля

Этот вечно забытый всеми регион приковал к себе всеобщее внимание после смерти бессменного лидера Узбекистана Ислама Каримова.

Его преемник Шавкат Мирзиёев взялся за самую крупную страну Ферганской долины, засучив рукава. За несколько месяцев он успел помириться с соседями — Таджикистаном и Кыргызстаном, объявить о введении безвизового режима для туристов из десятков стран (в результате чего Financial Times назвала Узбекистан вторым по привлекательности туристическим направлением 2017 года) и совершить еще много всего непубличного. В результате, например, в декабре в Ташкент пожаловал ни много ни мало командующий сухопутными войсками США Майкл Гаррет.

Другие страны региона тоже отметились в новостных сводках.

Декабрьский демарш президента Кыргызстана Алмазбека Атамбаева на саммите ЕАЭС в Санкт-Петербурге, когда он заикнулся было, что не будет подписывать Таможенный кодекс, таинственным образом совпал по времени с многосерийным «расследованием» РИА «Новости» в отношении его страны. Новый образчик творчества кремлевских инвестигаторов посвящен тому, как «мусульманские масоны» не просто просочились на самую властную верхушку этой страны, но составляют костяк ее элиты.

«Журнал» также рекомендует:

  

Пикантность ситуации добавляет то, что таким термином российское агентство назвало выпускников сети школ опального турецкого проповедника Фетхуллаха Гюлена — главного объявленного врага президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана. Россия с Турцией недавно как бы помирились; хотя злые языки поговаривают, что на личностном уровне Эрдоган Путина по-прежнему в грош не ставит.

Из Казахстана в 2016-м приходили разнонаправленные новости. Если из событий начала лета напрашивался вывод о серьезной информационной операции части казахской элиты против влияния России, то к концу года, когда Астана понадобилась Владимиру Путину для реализации его «миротворческой» пиар-стратегии, за критику президента России в Казахстане стали сажать.

4. Южная Америка избавляется от оков социализма

Поводами задуматься об этом стали исторический визит Барака Обамы на Кубу и отправившийся вслед за своим венесуэльским последователем Уго Чавесом Фидель Кастро.

Трудно найти другую столь же масштабную, сколь и упрямую фигуру, которая, руководствуясь прекрасными намерениями, завела бы свою страну в цивилизационный тупик и держала там столь долго. Однако банальные блага цивилизации постепенно возвращаются на Остров Свободы; брат покойного Рауль — формально рулевой Кубы — ранее удивил всех, сообщив, что не станет переизбираться на пост президента страны в 2018 году. А новые управленцы острова из совершенно другого поколения и с совершенно другими взглядами уже дышат двум покойникам — мертвому и живому — в спины.

Однако не только Куба возвращается на круги своя. Социалистка Дилма Русефф в Бразилии в 2016-м отправлена в отставку; годом ранее из большой политики ушла ее аргентинская коллега Кристина Фернандес де Киршнер. Венесуэльский эксперимент подходит к концу по мере того как правление блеклого наследника Чавеса Николаса Мадуро отмечается дефицитом все больше числа товаров.

Из своеобразных режимов в регионе осталась, пожалуй, только Боливия, однако и тамошний президент Эво Моралес в феврале 2016-го проиграл референдум о возможности баллотироваться на четвертый срок.

«Журнал» также рекомендует:

  

3. «Все тайное когда-нибудь становится явным»

Это выражение Сократа (хотя многие советские дети приписывают его автору «Денискиных рассказов») можно смело ставить девизом как финансовых, так и спортивных новостей 2016-го.

Крупнейшая в истории журналистики утечка — около 11,5 млн документов, «слитых» из архива панамской юридической компании Mossack Fonseca — всколыхнула финансовые рынки. Политический эффект от того, что 12 действующих мировых лидеров и приближенные к еще большему числу таковых скрывали свои кровные от налогов родины, пока не столь очевиден — но от этого он не перестает быть менее тектоническим. Просто литосферным плитам нужно больше времени, чтобы сместиться.

Содержанием тенденцию наполняют беспрецедентный по масштабам допинговый скандал и многочисленные вскрывшиеся истории с договорными матчами в различных видах спорта — от футбола до большого тенниса. И снова — выясняется, что хорошо выстроенная допинговая стратегия — порой плод труда целых спортивных федераций, а в некоторых случаях — правительств. В которых, кажется, сидят не самые глупые люди. Им-то давно пора выучить, что шило в мешке в век открытых данных и процветания онлайн-расследований не утаишь.

2. Террор в Европе ширится и обретает новые страшные формы

14 июля уроженец Туниса Мохамед Лауэж-Булель насмерть задавил 86 человек, собравшихся на набережной Ниццы, чтобы посмотреть салют в честь Дня взятия Бастилии. Это стало первым — но, к сожалению, не последним терактом с использованием крупногабаритной автотехники.

Весь 2016 год террористы пытались подобраться к бастиону порядка — Германии, на что обращал внимание «Журнал». И — все-таки подобрались. 19 декабря еще один тунисец — Анис Амри — захватив польскую фуру и, убив водителя, въехал в толпу на рождественской ярмарке в Берлине. Жертвами убийцы стали 12 человек.

Их число могло бы быть значительно большим, если бы не внезапная остановка грузовика. Поначалу ее объясняли действиями польского водителя Лукаша Урбана, который якобы был жив в момент теракта и пытался помешать Амри. Потом, однако, доказали: Урбан во время совершения теракта был уже мертв; гибель десятков людей остановила «умная» система грузовика, которая нажала на «тормоз», распознав препятствия на его пути.

Инцидент дал повод правым по всей Европе возмутиться тем фактом, что подозреваемый в теракте был беженцем, назвать это результатом политики Меркель и призвать к закрытию границ внутри ЕС. Пока тех, кто видит в мигрантах угрозу, не большинство; однако череда грядущих выборов в разных странах ЕС может круто поменять расклад внутри ЕС, прибавив очков националистам.

Внимание, в частности, приковано к Нидерланадам, Франции и — в первую очередь — к Германии, где позиции Ангелы Меркель пошатнулись, пожалуй, самым серьезным образом за время ее 11-летнего правления.

1. Обострение противоречий внутри российских политических элит

Взятие «либерального» губернатора Никиты Белых и одного из самых толковых российских министров — главы Минэкономразвития Алексея Улюкаева — за взятки преследует несколько целей. Это, конечно, и посягательство на вотчину самого влиятельного конкурента Путина из оппозиции — националиста Алексея Навального, и показательная борьба с либералами внутри коридоров антизападной власти, и сигнал всем прочим кланам, чтобы «не высовывались».

Парадоксально, но эти действия могут только подогреть противоречия внутри современного кремлевского политбюро и в среде приближенных к нему. В первую очередь — на региональном уровне.

Последние антикоррупционные кампании, направленные на канализацию небольшого пока, но медленно растущего народного недовольства бедственным экономическим положением, коснулись даже отдельных губернаторов и целых губернаторских команд. И это не добавило лояльности местных ханов к федеральному центру.

В свете нарастания борьбы за уменьшающееся бюджетное довольствие в 2017-м следует ожидать более серьезных критических выступлений региональных элит против центра, что слегка подпортит картину монолитной группировки вокруг властной вертикали, сложившуюся после аннексии Крыма.

Основная же борьба, глубоко закамуфлированная благостной телекартинкой и официальным распределением мест в Госдуме, будет происходить в Москве. Силовой блок по-прежнему управляет устраивающей его ситуацией — поэтому он навряд ли станет инициатором бунта против Путина. Однако даже силовики понимают, что экономикой России надо кому-то управлять — не Игорю Сечину же?

После разгрома экономического блока в федеральном правительстве, который отличался слишком либеральными взглядами, Кремль будет вынужден пойти на очередное инертное усиление либералов. Они должны будут сплачиваться хотя бы для того, чтобы их «не задавили по одному».

Вопрос недовольства режимом Путина в этой среде очевиден, вопрос о том, чтобы показать это недовольство широкой публике пока не поднимается. Пока силен посткрымский синдром, а рейтинг Путина по-прежнему высок, элиты не рискнут выступить резко против.

Однако такое положение дел не вечно. Главная интрига ближайшего будущего: продержится ли статус-кво до очередных перевыборов Путина в 2018-м году?

Еще интересное:

  

Комментировать