Жизнь

Каляды вместо Хэллоуина. Как мифы могут спасти беларусскую культуру

1835 Ольга Бубич

Фото: Сергей Балай

 

Столетия под чужим политическим и культурным контролем вытравили в беларусах любовь к своей мифологии. Нынешние горожане стесняются обрядов и традиций своего народа, считая их «деревней» – но при этом охотно отмечают чужие праздники, основанные на таких же «сельских» традициях, только запакованных в «импортную» обертку. А собственная мифология нужна и полезна – и для привлечения в страну туристов, и для избавления от собственных национальных комплексов.

Беларусь остается страной с неоцененным туристическим потенциалом. В любом мало-мальски приличном европейском городке туристические забавы и сувениры, изготовленные местными ремесленниками, черпают вдохновение в локальных легендах, историях и преданиях. В Беларуси конца 1990-х – начала 2000-х чуть ли не единственным известным местом, куда можно было привезти иностранных гостей, не краснея за качество сервиса и чистоту уборных, была деревня Дудутки.

Масса музеев томились в запущенном состоянии, время от времени пугая бивнем мамонта и чучелом бобра согнанных туда на обязательную экскурсию школьников, а языческие мифы и аутентичные обряды, которые могли бы послужить прекрасным стимулом для развития туризма, часто не покидали пределов деревни.

Вместо работы с собственным культурным контекстом, беларусская туристическая индустрия охотно открывает свой рынок для экспансии других культур: российской, европейской, американской. Молодежь с радостью отмечает Хэллоуин и День Патрика, а иностранные туристы покупают в беларусских сувенирных киосках русские матрешки.

Индустрия туризма по всему мира постоянно усердно старается повысить привлекательности своего города или курорта. Над свежими «фишками» работает целая армия – на одном полюсе культурологов и исследователей культурного наследия региона, на другом – китайских ремесленников, готовых без устали множить под трафарет любую свежестибренную «фишку».

Две стороны этой медали расслабленного на отдыхе туриста вовсе не пугают: как интеллигентные музеи с постоянно обновляющимися цифровыми чудесами и световыми эффектами, так и деревянные лотки с магнитиками, зеркальцами и блокнотиками всегда найдут своего клиента. И главное – то, что объединит эти два полюса воедино: общая символическая картинка, которую продвигают этот магнитик и этот музей.

Известный пример успешного взаимодействия мифа и туризма – замок Иф, одна из самых популярных аттракций французского юга. Крепость с ежегодным числом посетителей более 90 тысяч человек стала одной из визитных карточек Марселя. Открытая для визитов публики в 1890 году, крепость-тюрьма задорно апроприировала образ литературного героя Эдмона Дантеса, сбежавшего после сговора с аббатом Фариа из темницы – естественно, на страницах романа Александра Дюма.

Замок Иф. Фото: официальный Facebook Château d'If

 

Тюрьма, побеги, тайные лазы: все это могло бы остаться в плоскости писательской выдумки и школьной программы. Но, добавив немного изобретательности и предприимчивости, французы получили отличный туристический миф. И убили тем самым сразу двух зайцев: сегодня Иф активно продвигает культуру региона и приносит неплохой доход в бюджет города.

Самая пикантная деталь этой истории – эпизод, когда замок Иф лично посетил Александр Дюма, причем уже после того, как крепость успела окутаться флёром туристической популярности. Едва писатель сошел с парома на берег, не узнавшие его музейные смотрители принялись наперебой делиться историей о таинственном графе, которому удалось ложкой прокопать лаз в соседнюю камеру и бежать, укутавшись в погребальный саван накануне почившего товарища. Причем, для пущей наглядности, сами камеры Дантеса и Фариа, тут же были продемонстрированы писателю – тому самому человеку, который и выдумал всю эту историю.

В Беларуси примеров успешной популяризации мифов, легенд и преданий, которыми так богат наш край, очень мало. Историк Дмитрий Скворчевский, много лет изучающий языческое наследие Беларуси, объясняет такое положение дел тем, что последние несколько столетий наша страна постоянно находилась под чужим политическим и культурным контролем. Огромную проблему также представляет «массовое тиражирование фальсификата, спекуляций и заимствований из чужих традиций».

«Чужие традиции беларусы знают лучше, чем свои. По сути, таким образом мы просто встраиваемся в чужие ментальные модели, в чужую культуру, в чужое поведение и видение будущего. И это влияет на нас как нацию негативно. Через образы и модели, не присущие нашей культуре, нами просто манипулируют. Любой персонаж мифа или легенды по прошествии тысячелетий не утрачивает свою силу. Многие из них повлияли на развитие истории и народа гораздо больше, чем любой конкретно взятый реально существовавший человек!», – считает Скворчевский.

Вакуум, в котором оказался десятилетиями отказывающийся от собственной культуры беларус, очень быстро заполнился персонажами, для нас чуждыми и чужими. Достаточно вспомнить, какую популярность среди городской молодежи обрели Хэллоуин или День Святого Патрика. Эти традиции, имеющие кельтско-ирландские корни – прекрасный пример глобальной экспансии локальных мифов. При этом у беларусов есть праздник по сути аналогичный заимствованному Хэллоуину – Каляды. Он имеет богатейшую традицию масок, множество вариаций по регионам. Но Каляды ­воспринимаются чем-то архаичным. А Хэллоуин, который по сути является таким же старым языческим праздником, вдруг оказывается модным и «современным». Потому что «импортный».

Праздник "Гуканне вясны" в Вязынке. Фото: Сергей Балай

 

«У беларусов действительно постоянно срабатывает стереотип: язычество, обряды, мифы – это все деревня, – объясняет Дмитрий Скворчевский. – Это наш национальный комплекс неполноценности, который живет с советского периода. И именно его нам нужно из себя изживать. Посмотрите: ирландцы, такие же крестьяне, как беларусы, переселившись в Америку, «навязали» свой «сельский» обряд всему миру! И мы можем совершить подобную культурную экспансию – исторический фундамент для этого у нас есть. Вопрос в культурной политике – и не только со стороны государства, но и со стороны общества. Чтобы не оказаться в резервации, подобной индейской, наши мифы, обряды и традиции должны, прежде всего, завоевать наши собственные города и молодёжь».

А пока беларусы продолжают стесняться своей собственной культуры, ее совершенно не стесняются апроприировать наши соседи-матрёшечники. К примеру, организации из России, которые занимаются изучением языческой культуры, часто в своей обрядовой практике и визуальном образе заимствуют из беларусской традиции: переводят песни на русский, используют беларусскую дуду. Сначала они преподносят все это как элементы «общеславянской традиции», которая через некоторое время превращается в «исконную русскую культуру».

«Такое направление культурной экспансии только подтверждает привлекательность и уникальность беларусских традиций, – говорит Дмитрий Скворчевский. – Только вот жаль, что эту привлекательность пока не до конца осознали мы сами. И за счет того, что мы сами этого не понимаем, не видим и не ценим, это очень легко используется другими, которые его быстренько меняют и начинают выдавать за свое. Понятное дело: здесь же оно, грубо говоря, лежит бесхозно и никем не используется. Если это работает, почему бы это не подобрать?»

Уникальность беларусской традиционной культуры оценили уже многие. В 2010 году колядный обряд деревни Погост Житковичского района оказался в центре внимания канала CNN, который включил его в десятку лучших мест для встречи Рождества – в топ-листе он обошел Нью-Йорк, Сидней и Гонконг.

Еще один пример – обряд «Колядные цари» из деревни Семежево Копыльского района, внесенный в 2009 году в список всемирного нематериального культурного наследия ЮНЕСКО.

Стоит также отметить активную работу по популяризации беларусской культуры в Забайкалье, где существует беларусское объединение – молодежный клуб «Крывічы», которое постоянно проводит масштабные празднования традиционных беларусских праздников.

Возрождением беларусской мифологии в связке с туризмом посвящен и проект «Экотуризм в Березинском: инновационные подходы, партнерские модели, “зеленое” сознание», инициированный, при поддержке Программы развития ООН в Беларуси, Беларусским общественным объединением «Отдых в деревне» на территории Березинского биосферного заповедника.

Координатор проекта, председатель БОО «Отдых в деревне» Валерия Клицунова подчеркивает, что одна из задач кардинального обновления экспозиции заповедника заключается в том, чтобы через беларусскую мифологию рассказать посетителям о природе, философии и экологии. В рамках инициативы к осени 2017 года на территории заповедника будут созданы экотропа «В стране мифов», экспозиция под открытым небом «Мифологический хуторок» и первый в Беларуси полноценный Музей мифологии.

Об успехах проекта в биосферном заповеднике говорить пока рано, и мы можем только надеяться, что внимание, которое в нем отводится беларусской мифологии, в будущем имеет шансы стимулировать пересмотр нашего отношения к языческой культуре. Ведь если мы говорим о Беларуси как о независимом государстве, независимыми мы должны быть также и в культурном плане, оставив Патрику патриково, а матрёшкам – матрёшкино.

Комментировать