Тема недели

Глобальное потепление после холодной войны. Часть 9. Менять мир самим или ждать, пока нас изменят?

617 Владимир Мацкевич

В заключительной части текста поговорим о мировых, глобальных и цивилизационных проблемах, которые могут стать предметом коммуникации представителей Первого и Второго мира в наше стране и началом реформ.

Вернемся к началу этого рассуждения: «Будут ли реформы в ближайшее время в стране, я не знаю. Знаю только, что они необходимы, и без быстрых и успешных реформ наша страна будет только деградировать. Но это ничего не значит».

То есть не совсем ничего – если исходить из проделанного рассуждения, то категорию «деградация» придется усложнить, уточнить и конкретизировать.

Даже если в стране не будет никаких реформ, уровень жизни будет расти, качество жизни населения будет улучшаться, инфраструктура будет совершенствоваться, в промышленности будут внедряться новые технологии, роботы будут высвобождать совокупное свободное время трудящихся, блокчейн будет отвоевывать позиции в финансовой системе, и т.д., и т.п. Все будет улучшаться.

Все будет улучшаться – и при этом страна будет все больше отставать. Разрыв между Беларусью и развитыми регионами планеты будет увеличиваться.

Как бы не сопротивлялся Третий мир инновациям, они будут распространяться, и Третий мир будет вынужден их принимать и терпеть. Часто принимать не сами инновации, а то, что еще недавно было инновациями в Первом мире, и принудительно распределяется в Третий мир уже как элементы глобальной инфраструктуры.

Это не Третьему миру нужна зеленая экономика, а тем, кто думает не в местечковых, а в глобальных масштабах, то есть Первому миру. Представителям Первого мира, привозящим и продающим в Беларуси энергосберегающие технологии, нужна здесь мобильная связь, скоростной интернет, дорожная инфраструктура, Макдональдс, сеть гостиниц.

Изменения происходят в Беларуси по инфраструктурным законам расширения Первого мира по планете, по правилам освоения новых территорий.

Зеленая экономика, экологическое сельское хозяйство, скоростной интернет, комфортабельные гостиницы и привычное качество жизни нужны Первому миру не в Беларуси, а во всем мире, и только поэтому в Беларуси в том числе. Было бы глупо, если бы интернета или мобильной связи не было только в Беларуси. Без этого Всемирная паутина и всепланетная связь были бы не полны.

Большая часть инноваций появляется в Беларуси не потому, что этого хотел беларусский режим или избравшие его избиратели. Они появились здесь в результате освоения территории Первым миром и ее колонизации. Колонизации в исходном значении этого слова – это освоение цивилизацией пространства.

Читайте также все предыдущие части материала:

Часть 1. Возможны ли реформы в Беларуси?

Часть 2. Что происходит в мире и регионе

Часть 3. Немного о перераспределительной экономике

Часть 4. Положение дел в Беларуси

Часть 5. Страна second hand

Часть 6. Онтология и гуманитарные технологии

Часть 7. Навстречность миров

Часть 8. Новая антропология

Кто бы ни был хозяином или сувереном этой территории, она должна быть освоена цивилизацией, поскольку эта цивилизация считает своей ойкуменой всю планету. Вопрос только в очередности этапов освоения. Зимбабве и Центральноафриканская Республика несколько дальше от центров цивилизации, чем Беларусь, поэтому осваиваются цивилизацией несколько медленнее и менее интенсивно. А Беларусь осваивается, осваивается в результате процессов перераспределительной экономики глобального масштаба и принудительного потребления. Эти процессы разбирались в предыдущих фрагментах текста.

Беларусь меняется в результате освоения ее Первым миром, меняется вопреки желаниям и действиям Третьего мира, меняется без нас.

«Без нас» – так называется самое глубокое и принципиальное эссе Валентина Акудовича, самого здравомыслящего, честного и рефлексивного философа Второго мира в Беларуси. Без нас – это без активного отношения Третьего мира, который сопротивляется любым переменам и инновациям, но терпит их вынужденно. Но пафос этого эссе Акудовича адресован не Третьему, а Второму миру беларусов. Без нас строятся дороги, дома, электростанции, ставятся спектакли, снимаются фильмы, обживается «вуліца Бразил» и Зыбицкая – говорит Акудович тем, кто болеет душой за Беларусь, за нацию, борется с режимом, установившимся с опорой на третьемирное большинство.

А раз все это происходит без нас, без воли и активного участия Второго и Третьего миров, то делается это «не по-нашему», не так, как нам нравится, как нам удобно, как мы считали бы красивым и хорошим. Но с Третьего мира спроса нет. Его представители ничего этого не хотели, не хотят, а потому всегда будут недовольны всем, что делается «без них», даже если это делается «для них». Это парадоксальная черта представителей Третьего мира: всегда считать то, что было, лучше того, что стало.

Несмотря на все очевидные преимущества устройства современной Беларуси перед БССР, публичные лица Третьего мира будут утверждать, что в СССР было лучше. Во много раз более высокий уровень жизни они просто игнорируют, а качество жизни, свободы и права их вообще не интересуют. Все, о чем могут мечтать представители Третьего мира, все, чего они сейчас желают – все у них будет, и будет без всяких реформ в стране, о которых мечтают представители Второго мира.

Главная ошибка лидеров Второго мира (и об этом тоже уже шла речь), всех тех, у кого болит душа за Беларусь, состоит в том, что в качестве целей реформ и преобразований в стране они выдвигают потребности, желания, цели и ценности Третьего мира, или того большинства, на электоральную поддержку которого они рассчитывают. Именно концентрация на этих потребностях, целях и ценностях не позволяет представителям Второго мира вступать в коммуникацию с Первым.

Главной, центральной, системообразующей и запускающей процесс реформирования целью может быть только одна – выведение Беларуси в число территорий и сообществ Первого мира. Реформы в стране нужны только для этого – вывести Беларусь в Первый мир.

И только в движении к этой цели может быть понятен этот текст со всеми его лирическими и понятийными отступлениями. И это требует серьезного консциентального переворота, или поворота сознания. Поворота от целей и ценностей Третьего мира – к целям и ценностям Первого.

Только при таком консциентальном повороте возможна коммуникация между Вторым и Первым мирами, взаимопонимание между ними, сложение сил, ресурсов и энергетики этих двух миров с синергетическим эффектом. Пока же энергетика и ресурсы скорее гасят друг друга, чем суммируются с приращением.

Направленность на достижение целей Первого мира означает то, что Беларусь из территории освоения и колонизации превращается в сообщество, осваивающее и колонизирующее всю планету, а значит и Беларусь. Мы (Второй мир) должны осваивать Беларусь. Пока же ее осваивает и колонизирует Первый мир, Второй мир если и включается в эти процессы, то только в попытке развернуть процессы глобализации в обратном направлении.

Во многих случаях Второй мир принимает антиглобалистскую установку и идеологию. Эта установка и идеология превращают Второй мир в главное препятствие решения общемировых проблем, и сам Второй мир становится мировой проблемой.

Восстание масс (если воспользоваться термином Хосе Ортеги-и-Гасета) было мировой проблемой в первой половине ХХ века, открывшей дорогу тоталитаристским режимами. Сейчас нам грозит не восстание масс Третьего мира, которых принудительное потребление и перераспределительная экономика примирили с прогрессом, хотя и не сделали его сторонниками, а восстание антиглобалистского Второго мира.

Проявления восстания Второго мира в странах, контролируемых представителями Первого мира, проявилась в Брексите, в популизме Трампа, в правом уклоне националистических партий, в агрессивном антиглобализме левых. В арабских и мусульманских странах восстание Второго мира выливается в глобальный терроризм и ИГИЛ.

Второй мир не только в Беларуси, но и в других странах сейчас проявляет себя даже большим ретроградом, чем Третий. Это обстоятельство требует специального анализа.

Установка антиглобализма возникает как ответ на консьюмеризм и массовые потребительские установки. Разумеется, это не единственный ответ на консьюмеризм, несколько иным ответом является инвайронментализм. Однако в наиболее радикальных проявлениях инвайронментализм и антиглобализм сливаются и начинают усматривать причину глобальных проблем в расширенном потреблении, стимулирующем производство, а ТНК и всю мировую экономику объявляют ответственными за стимулирование потребления и консьюмеризма.

Представители Второго мира в меньшей степени заражены консьюмеризмом, они ориентированы на другие ценности (свобода, культура, традиция, нация), полагая их ценностями более высокого порядка. Эти ценности не чужды и представителям Первого мира, и, казалось бы, это может быть общим основанием для навстречности и диалога между этими мирами. Но этому мешают картины мира, или онтологии, преобладающие во Втором мире.

Будучи приверженцами одних и тех же ценностей (не забывая о тех, которые разделяют миры), представители Первого и Второго миров видят глобальные проблемы, стоящие перед всем человечеством, в первую очередь экологические. Но если в Первом мире глобальные проблемы воспринимаются как задачи, которые необходимо решать, то представители Второго мира ищут причины глобальных проблем и виновных в их возникновении. И главным виновником экологических проблем, включая глобальное потепление, в представлениях Второго мира является Первый мир. Это Первый мир стимулирует неумеренное и расширяющееся потребление в поисках ресурсов для расширения производства, а расширение производства ведет к экологической катастрофе. Значит, Первый мир – враг человечества, а поскольку Первый мир глобален, то те, кто видит в нем врага, становятся антиглобалистами.

У враждебности Второго и Первого миров есть и еще одна сторона, тоже связанная с потреблением. Страны с преобладанием Первого мира не зря называют «золотым миллиардом». «Золотой миллиард», или самые богатые страны, регионы и сообщества, богаты не потому, что больше производят, а потому, что потребляют основную долю богатств всего человечества. Индустриальное и сельскохозяйственное производство все больше выносится за пределы пространства жизни «золотого миллиарда» – в Азию, Латинскую Америку, Африку. Но, производя больше, эти страны не становятся более богатыми.

То же самое можно наблюдать в отношениях между мирами внутри каждой отдельной страны или сообщества. Представители Первого мира потребляют больше, чем представители Второго и Третьего миров, и они потребляют первыми. Инновации – это то, что потребляют в Первом мире. А материальное воплощение того, что потреблено вначале в Первом мире как инновации, приходит во Второй и Третий мир уже в виде массового продукта.

Инновации (как и изобретения, открытия, шедевры искусства и т.д.) могут возникать в любом из миров, в любом месте земного шара – но потреблять их первыми начинают именно в Первом мире. Это может быть элитарное потребление произведений искусства, престижное потребление предметов роскоши, эксклюзивное потребление технических новинок. Видимая часть элитарного и приоритетного потребления связана с богатством, с финансовыми возможностями.

Но не это является отличительной особенностью Первого мира. Он первым потребляет знания и идеи, из какой бы части планеты они ни исходили. А в век информации и экономики знаний именно это дает неоспоримые преимущества.

Чтобы первыми потреблять (осваивать и усваивать) новые знания и идеи, необходимо иметь соответствующую квалификацию, компетенции, установки, человеческие качества и картину мира. Именно эти качества и отличают людей Первого мира. Они все успевают первыми. Для них нет препятствий в освоении новых идей в виде табу, идеологических или религиозных догм, идолов рода, театра, пещеры или что там еще придумали после Бэкона.

Они не просто первыми ищут и получают доступ к новым знаниям и идеям (знания и идеи могут быть воплощены в технических новинках или в художественных шедеврах, что зачастую только и видят представители Второго и Третьего миров), они могут оценить достоинства новых знаний и идей, их важность и ценность.

Человеческие качества (любопытство, заинтересованность, исследовательские установки, гибкость, алертность), инструменты поиска нового знания и идей (языковая, социальная, информационная грамотность, эрудиция) прививаются воспитанием и образованием, а способность оценивать достоинство и ценность новых знаний и идей приобретаются только с опытом.

Соответственно, образование, воспитание и опыт могут регулироваться. Систему образования и воспитания можно реформировать, организовать так, чтобы учащиеся, новое поколение уже в детстве и молодости вырабатывали в себе необходимые для жизни в Первом мире человеческие качества.

Социальный опыт тоже может быть организован. Как – это отдельный разговор, но Япония когда-то показала пример такой организации. Не имея достаточной массы изобретателей и ученых, без которых бедная природными ресурсами страна не могла совершить промышленный рывок, названный впоследствии «японским экономическим чудом», Япония скупала изобретения, патенты, наработки ученых других стран, каталогизировала даже идеи из научно-популярных и технических журналов для детей, издававшихся на всех европейских языках.

Знание о том, как организовать обучение, воспитание и приобретение опыта, необходимого людям Первого мира, есть только у людей Первого мира. И они вовсе не собираются это знание скрывать. Напротив, они готовы делиться этим знанием, осваивая и колонизируя территорию и информационное пространство на всей планете, а значит, и Беларусь. Препятствием могут быть только установки и упрямство Второго и Третьего мира. Это препятствие тоже устранимо, если Второй мир развернется навстречу Первому миру.

Почему разворот навстречу требуется именно от людей Второго мира, а не Третьего? Да потому, что Третий мир как был, так и останется навсегда противником перемен и инноваций. Люди этого мира были и будут потребителями всего того, что в процессах перераспределения, построения инфраструктуры глобальной экономики и принудительного потребления им несет Первый мир.

Активное сотрудничество возможно между людьми Второго мира, заинтересованными в развитие именно своей территории, своего пространства и своего национального сообщества, и людьми Первого мира, которым все равно в каком пространстве, на какой территории, с энергией и ресурсами какого сообщества решать мировые и глобальные проблемы. Если им удобно и целесообразно решать мировые проблемы в ЦЕРНе или в Силиконовой долине, они будут сотрудничать со Вторым миром Швейцарии или Калифорнии. Но почему бы не в Беларуси?

В Беларуси это станет возможным только в том случае, если Второй мир сможет найти для страны позицию и роль в структуре мирового разделения труда. Если в Беларуси можно будет делать то, чего не делают больше нигде в мире, или в Беларуси это будет делать удобнее, чем в других местах.

Именно поиск своего места в мировом разделении труда и есть первостепенная и центральная задача беларусского Второго мира, который пока занят арьергардными битвами за историю и традиции, а также тщетными попытками найти свой путь удовлетворения консьюмеристских потребностей Третьего мира.

Причем, место в мировом разделении труда приходится искать в изменившейся структуре глобальной экономики и хозяйства. Привычка «догонять и обгонять Америку» по показателям индустриальной экономики прошлого века ведет к тому, что многие во Втором мире пытаются «догонять и обгонять» и сейчас, по показателям нового тысячелетия. А нужно не догонять и перегонять, а искать свое место среди равных, искать свое место среди тех, кто занят решением мировых проблем.

Как только не называют современную экономику в глобальном хозяйстве: «экономика знаний», «информационная экономика», «цифровая», или просто: 6-й технологический уклад! Но суть дела сводится к тому, что знания, идеи, новые решения являются самым ценным товаром на этом этапе истории человечества.

Разумеется, не любые знания и идеи, а те, которые позволяют справляться с глобальными проблемами и угрозами. Поэтому разворачиваясь навстречу Первому миру, чтобы вступить с ним в коммуникацию, найти в нем место Беларуси, включиться в общемировой процесс решения общих для мира задач, нужно иметь представление о тех глобальных угрозах и проблемах, которыми озабочено глобальное человечество. И ведь эти угрозы никем не замалчиваются, и проблемы ни от кого не скрывают.

Более полувека назад Римский клуб сформулировал глобальную экологическую проблему как главную угрозу человечеству. Первоначально Римский клуб и его эксперты делали акцент на исчерпаемости природных ресурсов. Потом загрязнение среды стало рассматриваться как более актуальная угроза. Сейчас на первый план выходит глобальное потепление климата. Хотя речь при любой акцентировке идет об одном и том же.

Все эти десятилетия после доклада «Пределы роста» глобальное человечество пытается сократить потребление невозобновляемых ресурсов, сократить выбросы в атмосферу, развивать возобновляемые источники энергии. Но сколько бы не сокращали вредные выбросы, они все равно отравляют атмосферу, ведут к потеплению и даже в меньшем количестве не замедляют грядущего потепления.

Потепление климата – это изменение природных ландшафтов и среды обитания людей той или иной культуры. Изменение климата и ландшафта делают невозможным привычный людям образ жизни. А некоторые изменения (затопление низинных территорий, например) делают жизнь на территории и вовсе невозможной.

Очевидным последствием таких климатических и ландшафтных изменений будет переселение народов и популяций в другие места. Но незанятых и необжитых мест на планете больше нет. Большинство пригодных для комфортной жизни людей территорий уже плотно заселены, и поток мигрантов будет направлен именно на эти территории.

Ситуация осложняется тем, что демографическое давление на планете наиболее сильно на территориях лишь относительно пригодных для комфортной жизни – в Африке, в первую очередь.

Колонизация этих малопригодных (дефицит питьевой вод, рискованное земледелие, болезни и эпидемии и пр.) для жизни территорий и создание на них современной инфраструктуры представляется нецелесообразной и даже опасной, поскольку ведет к еще большему разрушению природной среды, изменению ландшафтов, и, в конечном итоге, к ускорению глобального потепления.

Потепление климата вместе с демографическим давлением вызовет «великое переселение народов», по сравнению с которым современные проблемы с беженцами и мигрантами покажутся легким бризом перед цунами.

В принципе, территории, контролируемые «золотым миллиардом», способны принять и расселить еще миллиард жителей. Но дело даже не в том, что переселенцев будет не миллиард, а два и более, а в том, что переселенцы приедут со своим мировоззрением, своей картиной мира, своей идеологией и традициями, которые плохо совместимы с мировоззрением аборигенов. И у представителей Первого мира, частично населяющих территории «золотого миллиарда» нет идеологии, которую они могли бы предложить переселенцам. Идеологии Второго и Третьего мира могут быть просто враждебными и конфронтационными. А если сами переселяющиеся народы приедут с агрессивной идеологией и нонтолерантными традициями, то жизнь на территориях «золотого миллиарда» станет уже не такой комфортной. И это мягкая формулировка. Все может быть гораздо хуже.

Таким образом, обобщая многочисленные формулировки глобальных угроз и проблем, их можно свести в три большие группы:

1. Климат, глобальное потепление, изменение ландшафтов, типа хозяйственной деятельности людей;

2. «Великое переселение народов» как усугубление первой проблемы;

3. Идеологическая и образожизненная несовместимость и отсутствие у европейской цивилизации идеологического и мировоззренческого предложения для ассимиляции разных народов и культур. Или иначе, у Европы нет ответа на вопросы «Зачем мы нужны друг другу?» и «Как нам жить вместе?», которые Европа могла бы предложить представителям других цивилизаций, с которыми приходится жить на одной планете.

Это три главные проблемы или глобальные угрозы – но они же могут быть представлены как вызовы. Глобальные вызовы, на которые должен отвечать Первый мир. Представители Второго мира могут относиться к этому только как к угрозам. Навстречность миров может состояться очень просто: Второй мир может разделить представление Первого мира об этом как о проблемах, подлежащих решению, и как о вызовах, которые касаются всех людей на планете.

Идея исчерпаемости природных ресурсов в начале 1970-х годов многим казалась фантастической, выходящей за пределы их жизни, далекой от их непосредственных интересов. Энтузиасты научно-технического прогресса относились к этой идее как к мальтузианству, как к проблеме, которая сама собой решится в процессе технологического развития.

Инициатор Римского клуба Аурелио Печчеи понимал, что решение проблемы упирается в человеческие качества, в эгоизм человеческой природы. Проблемы природы на планете решается через изменение природы человека. В наибольшей степени эгоизм свойственен представителям Третьего и Первого мира. Типичная фраза, которую говорят представители этих миров в ответ на альтруистические или солидаристские предложения Второго мира: «Что я с этого буду иметь?» или «Зачем мне это нужно?».

Но в устах представителей Третьего и Первого мира эта фраза имеет очень разный смысл. Человек Третьего мира руководствуется потребительскими мотивами, и смысл глагола «иметь» для него совпадает с глаголом «потреблять». Представителям Первого мира важно другое: что они будут иметь для решения тех задач, которыми они заняты, как это поможет решить стоящие задачи. Когда представители Второго мира Беларуси поднимают вопросы сохранения наследия, возвращения национальных символов, смены режима, они слышат от представителей Третьего и Первого мира вопрос в одной и той же форме: «Что мы с этого будем иметь?»

Третьему миру важно, снизятся ли цены от возвращения символики. Вырастет ли зарплата после смены режима? Станет ли жизнь в деревне лучше в результате сохранения замка или возвращения ему аутентичного вида?

Первому миру важно, как возвращение исторических символов поспособствует решению проблем глобального потепления, великого переселения народов или ответу на вопрос: «Зачем нам жить вместе?». Было бы наивно думать, что каждый представитель Первого мира день и ночь думает только о глобальных проблемах. Каждая из этих проблем разбивается на множество конкретных задач, и каждый человек озабочен решением именно своей частной и локальной задачи, из совокупного решения которых складывается решение общих проблем.

Например, решение проблемы глобального потепления известно: человечеству нужно научиться регулировать состав атмосферы на планете. Примерно так, как мы можем регулировать температуру в помещении или освещение, при необходимости увеличивая или уменьшая подачу тепла и света. Так же нужно регулировать и долю диоксида углерода и других газов в атмосфере планеты, при необходимости уменьшать или увеличивать эти доли. Энергосберегающие технологии и сокращение выбросов углекислоты в атмосферу проблемы не решают, это только замедляет процесс, но не регулирует его. Регулировать этот процесс можно с помощью искусственного фотосинтеза, связывания атмосферной углекислоты, превращая углерод в другие агрегатные состояния – либо твердое, либо в жидкое.

Изобретение искусственного фотосинтеза, пригодного для технологического использования, требует комплексных программ научных исследований, фундаментальных разработок в физике, химии, биологии, еще большего объема прикладных исследований и разработок. Для создания такой технологии придется привлечь массу инженеров, технологов, программистов, экономистов. Это предполагает такой масштаб научно-технических программ, по сравнению с которым ЦЕРН с его адронным коллайдером покажется задачей для дипломной работы или магистерской диссертации. Такой программы работ еще нет, но актуальность ее все больше и больше осознается в Первом мире. И те, кто озабочен судьбой своей нации и территории во Втором мире, могут стать первыми, если предложат свои ресурсы и возможности для разворачивания такой программы. И через это смогут найти и занять свое собственное место в мировом разделении труда.

Решение проблемы глобального потепления могло бы предотвратить угрозу великого переселения народов. Но именно угрозу, а не само великое переселение и интенсивную миграцию. Угроза исчезает, если переселение народов и процессы миграции возможно контролировать, регулировать и упорядочить. Контроль, регулирование и упорядочивание процессов миграции возможно при разработке глобальной программы социальных исследований и разработок. Масштаб такой программы не меньше, чем при создании технологий искусственного фотосинтеза, но нагрузку принимают на себя другие науки и дисциплины: социология, этнология, урбанистика, демография, прочие социальные дисциплины и междисциплинарные исследования.

Для решения третьей проблемы требуется не менее масштабная программа гуманитарных исследований и разработок, интенсивной коммуникации философов, психологов гуманитарных технологов и практиков.

Реформы в Беларуси имеют смысл, становятся необходимыми для того, чтобы Беларусь включилась в решение этих проблем вместе с Первым миром, включилась активно и сознательно, занимая в структуре мироустройства то место, которое сама себе выберет и обустроит, а не то, которое ей будет отведено в процессах колонизации и освоения, перераспределения и принудительного потребления.

Сейчас Беларусь остается территорией освоения и колонизации. Энергетические и экологические программы, интернет, производственные и торговые сети распространяются на Беларусь по инициативе Первого мира при вялом или пассивном сопротивлении беларусских властей и населения.

Активнее Третий мир Беларуси и созданный им режим сопротивляются освоению территории страны образовательными, социальными и гуманитарными сетями, о чем ярко свидетельствует позиция государства в отношении Болонского процесса, в сферах науки, НГО и третьего сектора, в профсоюзном движении и социальных программах.

Но Первому миру нет до этого дела. Колонизация и освоение территории Беларуси будут продолжаться независимо от того, как этому будут сопротивляться режим и население. Беларусы будут потреблять инновации Первого мира, здесь будут создаваться фрагменты инфраструктуры мировой экономики, будет интенсифицироваться обмен продуктами, знаниями, людьми.

Освоение Первым миром территории Беларуси, информационного и консциентального пространства, ведет к повышению уровня и качества жизни. А всё, что делает беларусское государство, следуя установкам Третьего мира и реализуя его ценности и цели, только мешает этому и ухудшает ситуацию.

Колонизация проявляется, в том числе, и в появлении в Беларуси локальных мест обитания представителей Первого мира. Это могут быть отдельные предприятия, консорциумы, вроде ПВТ, объединения неправительственных организаций, филиалы и представительства международных программ, просто отдельные люди, вовлеченные в мировые информационные, производственные, или социальные сети. Этих «микроколоний» Первого мира в Беларуси уже довольно много, но они никак не участвуют в определении целей, задач и направлений развития страны. Поэтому страна не развивается.

Страна не развивается, но развивается глобальное человечество, а Беларусь – часть глобального человечества. Неразвивающаяся часть развивающегося целого. Второй мир Беларуси слишком озабочен частью, не видя целого.

Первый мир открыт для сотрудничества, хотя и не очень заинтересован в сотрудничестве именно с Беларусью.

Второму миру нужно совсем немного: самому заинтересоваться проблемами и задачами Первого мира и заинтересовать его своими проблемами и задачами. Это и будет началом, первым шагом к реформам в стране.

И только делая этот первый шаг, мы сможем обнаружить, что в стране многое уже есть для второго и третьего шагов, многое уже сделано, но то, что сделано для реализации целей Первого мира, не ценится, даже не замечается теми, кто замкнут только на ценностях Второго и Третьего миров.

Я вижу и ценю всё, что для этого уже сделано и делается. Я буду продолжать действовать в этом направлении, как и многие другие, известные и неизвестные мне агенты Первого мира в Беларуси. Но я по-прежнему не знаю ответа на вопрос: «Будут ли реформы в Беларуси в ближайшее время?»

Читайте также предыдущие части материала:

Часть 1. Возможны ли реформы в Беларуси?

Часть 2. Что происходит в мире и регионе

Часть 3. Немного о перераспределительной экономике

Часть 4. Положение дел в Беларуси

Часть 5. Страна second hand

Часть 6. Онтология и гуманитарные технологии

Часть 7. Навстречность миров

Часть 8. Новая антропология

Комментировать