Политика

Евросоюз и беженцы. Почему Восточная Европа «сливает» общее решение ЕС

372 Ляксей Лявончык

Страны Восточной Европы тормозят решение мигрантского кризиса в ЕС. Еще в конце 2015 года было принято решение распределить 160 тысяч мигрантов между всеми участниками Шенгенского пространства – но оно практически не действует: до сегодняшнего дня распределено не более 500 человек, а правые правительства в Варшаве и Будапеште продолжают нагнетать напряжение по поводу принятого решения.

После смены правительства в Польше министр европейской интеграции Конрад Шыманьски заявил, что его страна выйдет из поддержанного правительством Эвы Копач соглашения принять мигрантов. На него напала пресса, и он поправился: мол, примем, после всех проверок. Но новостные ленты, гудящие от новостей о терактах в Париже, подцепили именно слова «выйдем из соглашения». Тем более что заявление последовало сразу после атак в Париже, что добавило ему дополнительного цинизма: мол, Берлин и Париж, разбирайтесь-ка сами, про солидарность забудьте.

Но в свете последних событий ирония относительно Восточной Европы может быть  преждевременной. И вот почему.

Члены Евросоюза из Восточной и Центральной Европы могут оказаться в позиции Греции, которую они сами благополучно кинули из-за собственных страхов. Вместо того, чтобы участвовать в общеевропейском решении (каким бы оно ни было), Прага, Братислава, Варшава, Загреб, Бухарест и Будапешт с огромной готовностью поставили Македонии набор юного строителя «всё для забора», заперев в ноль границу этого балканского государства с членом ЕС Грецией.

Мигранты приплывают в страну – и дальше забора в Идомени не доходят. Греческо-албанская граница гористая, туда без крайней надобности никто не полезет, на болгарской – забор. Поэтому в Греции застряло 50.000 беженцев. В общем, не хотел бы я этим летом быть венгром на Родосе или словаком в Афинах.

Тем временем Евросоюз заключил-таки соглашение с Турцией. Теперь она будет принимать всех нелегалов, в том числе должна забрать уже приплывших с греческих островов. Взамен на каждого из них Европа будет забирать одного беженца, которые уже находятся в лагерях на территории Турции (а собралось их там уже около двух миллионов).

Смысл соглашения для Евросоюза – отвадить беженцев от собственных берегов. Кстати, эта схема уже начинает доказывать свою действенность: как пишет Die Welt, нелегалы перестали высаживаться на греческих островах.

Кстати, соглашением предусмотрен лимит репатриации из турецких лагерей – 72.000 человек в год. Если схема будет реально работать и поток беженцев через греческие проливы упадёт, ЕС готов увеличит лимиты, в обратном же случае прекратит действие соглашения.

Пока же страхи Европы переместились на Гибралтар – а именно на Сеуту и Мелийю, два испанских города на африканском континенте. После закрытия балканского маршрута в Мадриде резко вырос риск инсульта у половины правительства от недосыпа и волнения, что Марокко решит подзаработать, как Турция.

Поток беженцев из черной Африки в испанские анклавы на марокканской земле, Сеуту и Мельйю, равно как и через море в «основную» Испанию относительно невелик – несмотря на то, что в хорошую погоду Испанию видно из Африки, а ее города в Африке отделяет от Марокко только обычный пограничный забор.

Причина – в ряде соглашений между Мадридом и Рабатом. Последний, взамен на обучение марокканской полиции и военных и различные совместные проекты обязался не пускать нелегалов через сеутский забор или в море. И правда: 1835-километровую морскую границу марокканского королевства уже десять лет очень плотно контролирует полиция. Если бы не она, говорят жители лагеря беженцев под Сеутой, ждущие своего шанса сплавать в Испанию, тут бы стояла вся черная Африка.

Беспокойство Мадрида вызваны страхом, что Марокко решит подзаработать, если после закрытия балканского пути вырастет давление на гибралтарский – особенно на фоне успешного выдавливания Турцией преференций из Евросоюза для исполнения той же роли, которую уже десятилетие успешно выполняет это североафриканское королевство.

Кстати, недавно Марокко и Алжир ввели визы для сирийцев, чтобы прекратить свободный въезд потенциальных беженцев в Испанию. Пока эта угроза не стала реальностью – что не мешает испанцам ворочаться во сне. Ведь если Восточная Европа так благополучна «слила» Грецию из-за своих фобий правого окраса, то с таким же удовольствием она ограничится отправкой мотков проволоки на пиренейскую границу, если Гибралтар вдруг превратится во вторые эгейские проливы.

Заметим: Польша граничит с Беларусью, а у нас фактически открыта восточная граница. Путину выгодна дестабилизация ситуации в Европе, поэтому нельзя исключать сценария, при котором кое-кто в Кремле может поэкспериментировать с беларусским маршрутом.

Задача эта непростая – общей границы с Сирией нет, разве что организовать поток беженцев через Иран, Кавказ, а затем через Россию в Беларусь. Причем Иран, с которого сняли санкции, явно не горит желанием «подгадить Европе».

Но для страны, которая вместо еды покупает бомбы и отправляется бомбить госпитали в Сирии вместо ИГИЛ, нет ничего невозможного. Господин Генералов пару лет успешно отправлял сирийцев за полярный круг пересекать норвежскую границу на велосипедах. Так что реально всё.

В конце концов, если в России усилятся центробежные процессы, то через Беларусь в Европу побегут не только россияне, но и граждане Центральной Азии, которая уже ощущает себя неуютно от падения заработков в России.

К примеру, Таджикистан, который формирует чуть ли не половину своего ВВП за счет переводов из России, больше чем любая другая страна в регионе пострадал из-за падения доходов. Таджики начали возвращаться на родину – в России просто уже нет заработков. Поскольку света в конце тоннеля что для таджиков в Таджикистане, что для таджиков в Росиии не предвидится, граждане этого и сопредельных государств вполне могут попытать счастья в Европе.

И тогда Лукашенко получит в руки такой козырь, по сравнению с которым турецкие переговоры будут выглядеть лёгкой прогулкой по Версалю. Тем более, что маршрут через Тересполь уже проложен чеченцами в 1990-х и ранних 2000-х. По информации «Журнала» от путешественников, часто мотающихся через беларусско-польскую границу, в Бресте и Тересполе отмечают все большее количество выходцев из Центральной Азии.

Беларусь для них – самый простой путь в Европу: виз нет, граница между Россией и Беларусью фактически не существует. И если с востока хлынет поток, и Беларусь решит, что она не получает достаточно вкусняшек за охрану сытого ЕС от ищущих лучшей жизни, то вариант, когда Братислава и Прага будут подгонять колючую проволоку уже на границы с Польшей, перестанет выглядеть уж столь фантастическим.

Комментировать